Сказки Совы

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Сказки Совы » Сказки Совы » Лилейная невеста.CC/ГП СС/РЛ, AU, NC-17, макси


Лилейная невеста.CC/ГП СС/РЛ, AU, NC-17, макси

Сообщений 61 страница 83 из 83

61

Глава 40.

-Я не одену этого, я не женщина, - категорично заявил Поттер .
-Если ты не хочешь глубоко меня обидеть сразу после первой ночи, ты оденешься в этот костюм, - настаивал Снейп.
-Я не хочу ни тебя обидеть, ни в эти тряпки влезать! - заорал Гарри.
-Гарри, это ультиматум.
-Какой уже по счёту между нами ультиматум? Не помнишь? А я помню - второй с твоей стороны, да за мной - ещё один. И это за несколько суток! Ты понимаешь, что это значит?
Хорошо, я надену это, - спокойным официальным голосом вдруг сказал Гарри, - ради тебя и одного милого пустячка в придачу.
-Что это за "пустячок"?
-Кальян.
-Но, Гарри, ты только вчера…
-Я помню, но именно это заставит меня смириться с мыслью проходить весь день в дамском платье.
-Но это не дамское платье, это - мантия со шлейфом, наряд Королевы после Воскресения.
-Тебе же досталась нормальная мантия, мужская, видите ли потому, что ты - Король. Вот ты так и не рассказал мне - у тебя было такое чувство, как у меня, ну, это как бы растворение до воздушной сути?
-Было, и примерно тогда же, когда и у тебя.
Это означает алхимическое соединение двух начал, двух природ, серы и ртути, сухого и влажного, пассивного и активного, брата и сестры…
-Ну, вот ещё, извращение какое.
-Не надо понимать это буквально, Гарри, просто подключи воображение.
-Это ты талантлив в вымыслах и смыслах, я же только слушатель, а не творец.
Давай одеваться уже, а то есть охота.
-Еду мы сегодня готовим сами. И обед, и ужин тоже.
-Что? Я, конечно, умел готовить лет до семнадцати, у Дурслей, но многое подзабыл с тех пор.
-Значит, в основном, буду готовить я, потому, что стол должен ломиться от особых блюд, подаваемых воскресшим Королю и Королеве.
-Если тебя послушать, мы мило провели ночь в гробу.
-Что ж, есть и такой символ Свадьбы - гроб, либо гроб с обнажёнными лежащими в нём Королём и Королевой.
-Сев, ты сумасшедший.
-Я просто знаю алхмию значительно лучше тебя. Ты вообще, знаком только с прикладной её частью - Зельеварением, ведь ты не посещал Продвинутые Зелья.
-И ты ещё в этом меня упрекаешь.
-Твои С.О.В. по моему предменту были отвратительны.Ладно, признаюсь - очень не хотелось прилюдно глумиться над тобой ещё два года, потому и завалил на экзамене.
Посмотри на себя в зеркало, ты прекрасен, как нарисованный художником маггловский Ангел, только вот крыльев нет.
Но кальян я тебе не дам и не проси. Так часто, ты что - хочешь стать наркоманом и уйти от меня в мир иллюзий и грёз? Запомни, уйдя в него, обратно не возвращаются. Это - правило для всех - и волшебников, и магглов.
Гарри обиженно надулся, но Снейп поцеловал его страстно, и они вновь сплелись в объятиях , одетые, на постели, служившей им и гробом, и брачным ложем.
…Гарри одёрнул мантию, задравшуюся в любовной игре, и взглянул на себя в магическое зеркало , которое сотворил для него любимый.
Он не видел изображений Ангелов, но тот образ, который предстал перед ним сейчас - нет, это была не женская, а очень женственная одежда. Она сделала, не отличающеееся излишней худобой, в отличие от Северуса, тело, зрительно хрупким, практически воздушным. Все оттенки белого и лилового были на мантии. Гарри показался себе более высоким и худощавым, почти до болезненности, но вот это  самое "почти" меняло всё, и здоровый румянец смотрелся в общей картине вполне органично.
Гарри прошёлся перед зеркалом и изумился - так раздражавший его шлейф мантии приподнялся нал полом и словно бы взлетел вверх, мягко изгибаясь и создавая прекрасную драпироку ткани.
-Я в восхищении, Сев, этот модельер - гений.
Сев, ты… у меня нет слов, но ты так выглядишь, будто тебя сейчас коронуют и помажут на царствование. Ты меня отвлёк, конечно, очень приятным образом, но я просто до наших поцелуев так грустил из-за своего наряда, что не рассмотрел тебя, как следует.
На Северусе была обычного покроя мантия до пола алого цвета. При движениях тяжёлая ткань создавала сложные складки, делающие фигуру ещё выше и стройнее, чем на самом деле. Северус сейчас напоминал язык пламени, а чёрные волосы и глаза прекрасно оттеняли его убор.
Мантии были одеты, как было принято в свете - на голое тело, поэтому Линки, освобождённому от кухонных дел, было дано задание растопить все камины обитаемой части дома.
На кухне они, как простые магглы , чистили, резали, мыли, жарили, варили, пекли… Готовили они в ускоренном темпе - Северус был непревзойдённым кулинаром и руководителем для такого смышлёного ученика кухонных искусств, как Гарри.
Через час с небольшим завтрак, состоящий из двенадцати изысканных блюд, был готов, и оба отдали ему должное с превеликим удовольствием и прилежанием, съев почти всё, что было приготовлено. Линки осталось мало еды.
-На обед надо приготовить восемнадцать блюд, а на поздний, подчёркиваю, ужин, - двадцать четыре.
-Да, и ужинать приступать в "ноль - ноль".
-Нет, в одиннадцать, поскольку ужин должен начаться сегодня, а закончиться в те самые "ноль  - ноль".
-Значит, хоть ночью Линки набьёт пузо.
-Возможно.
-А чем должны заниматься Король и Королева в первый день? - заинтригованно спросил Поттер.
-О, самыми невинными делами, кому что по душе. Всё, кроме занятий любовью в любом её проявлении, это касается и поцелуев.
-А почему мы целовались утром, уже одетые?
-Это было как бы до начала дня, который считается с совместного приготовления завтрака.
-Значит, я буду читать эротику. Сев, у тебя есть эротические стихи?
-А хочешь, я спою тебе такую песню, от которой тебе станет весело, и ты поймёшь, что я  - вовсе не зануда, помешанный на алхимии?
-Конечно, хочу.
-Линки! Малфоевского вина нам! Две бутылки!
-А нам можно сегодня пить? - искренне удивился Поттер.
-И пить, и есть в своё удовольствие.
Северус отлевитировал два бокала изящной формы, как раз для такого изысканного вина, и они пригубили его.
Потом Сев опрокинул в себя весь немалый бокал разом, и Поттер последовал его примеру.
Северус разлил ещё, и они чокнулись:
-За Свадьбу, - сказал Гарри.
-За тинктуру, - ответил Северус.
Они выпили, и захмелевший Гарри сказал:
-И вот привязались Вы, профессор Снейп, - он подавился смехом, - к этой грё…ой, прошу прощения, к этой драгоценной тинктуре, а почему?
-Гарри, скажи, ты хочешь роман - однодневку?
-Не-е-ет, я планирую остаться здесь ещё на одну ночь, - рассмеялся, наконец, Поттер.
-Я вижу, тебе уже весело, а это значит, что разговор о тинктуре можно отложить на потом.
-Нет, я не настолько пьян, хотя, налей-ка ещё, Сев, - не унимался Поттер.
-Хорошо, я, разумеется, налью нам обоим, и скажу очень коротко о важности сохранения и поддержания тинктуры, - Северус разлил подонки из первой бутылки по бокалам так ровно, что можно было только удивляться, чем молодой мужчина и занимался, пока не опорожнил бокал.
-Итак, тинктура. Она, по некоторым достоверным для меня источникам, является "вещью в себе", то есть принципиально, поддерживать её на постоянном уровне легко. Главное, выйти на этот простой режим, и здесь требуется упорство, воздержание и страсть оодновременно - важны пропорции того и другого. Формула тинктуры для каждой серьёзной пары Король - Королева или, если хочешь, Лев - Единорог, индивидуальна  и не поддаётся вычислениям с помощью той же арифмантики или маггловской аль-джебры, с которой я, к сожалению, ещё не успел ознакомиться. Я только слышал о потрясающих результатах, полученных путём применения этой науки в жизнь магглов - представь, они строят специальные "космические корабли", на которых долетали даже до Луны  и высаживались на ней. А вокруг нашей планеты постоянно бороздит вневоздушное эфирное пространство множество их аппаратов, именуемых "спутниками" Земли. Их назначение для меня - пока что только догадки…   
Я отвлёкся от темы, извини, моя Королева. Я по-просту пьян и сейчас буду петь то, что обещал прямо здесь, за столом:

Maistre Estienne Le Gout, nominatif,
Nouvellement, par manier optative,
Si a voulu faire copulative;
Mais failli a en son cas genitif.

Il avout mis.vj. ducatz en datif,
Pour mielx avoir s`amie vocative,
Maistre Estienne Le Goup, nominatif.

Quant recontre a un acusatif
Qui sa robe lui a fait ablative;
De fenestre assez superlative
A fait un sault portant coups en passif,
Maistre Estienne Le Gout, nominatif.

Северус смеялся долго, пока вконец пьяному Гарри не стало жизненно важным узнать, что там, в это весёлой, похожей на танцевальную, песенке, подобную которой, но, разумеется, на нормальном английском языке, поют дети волшебников, пританцовывая  вокруг Рождественской ели.
И он потребовал перевод.                                                   
-Хорошо, вот тебе мой авторизованный перевод:

Мой друг Этьен Ле Гу, номинатив,
Недавно, мысль спрягая в оптативе,
Хотел испить восторг в копулятиве,
Но боком ему вышел генитив.

Он шесть дукатов поместил в датив,
К подруге обратился в вокативе -
Мой друг Этьен Ле Гу, номинатив.

Внезапно встретил он аккузатив,
И, хоть была одежда в аблативе,
Проворно из окна в суперлативе
Он прыгнул, палок получил в пассив, -
Мой друг Этьен Ле Гу, номинатив.

Северус перевёл и зашёлся смехом снова, а Гарри только недоумённо на него смотрел и, наконец, выдавил:
-Это про латинские падежи и залоги, что ли?
-Ну, да, конечно. А что, непонятно?
-В Школе латынь, как язык, преподавали только на факультативе, на который я, разумеется, не ходил. Но всё равно, прикольно. А кто этот чувак, сделавший из латыни посмешище?
-Следите за языком, мистер Поттер!
Это, по-прежнему, Карл Орлеанский, один из моих любимых поэтов, хотя жизнь его в Англии прошла  в темнице и, представь, Гарри, он сочинил такой весёлый стишок за решёткой! Какова сила духа этого маггла! Я восхищаюсь им, теми немногими сведениями, что сохранила маггловская хроника: сам поэт и покровитель поэтов, сын герцога Люка Орлеанского. Попал в плен при Азинкуре, пробыл в Англии 25 лет. Выкупившись из плена, вернулся в Блуа, тогдашний мировой, по крайней мере европейский, центр поэзии, автор известных баллад и рондо.
…Тебе не интересно, Поттер.
-Я просто не пойму, что ты нашёл в этих магглах? Волшебники тоже попадали в долгосрочный плен, по крайней мере, в войнах с гоблинами. Ну, они не писали стихов и песен. Магической поэзии вообще не существует…
-Но есть магия стихов, только собственного сочинения или случайно получившаяся при переводе, как это было у меня.
-Покажи мне магию стихов.
-Хорошо, только ты не бойся, моя магия стихов выглядит несколько впечатляюще, но, уверяю тебя, она безопасна.
Снейп исполнил "своё" рондо, а потом спел его по-английски, на тот же мотив, что и оригинал.
При пении магия стихов усиливается, а Северус хотел впечатлить Гарри своими способностями.
…Как только прозвучали финальнык строки рондо:
Мир утомился от меня,
Я утомился от него.
по всему дому пронёсся обжигающе ледяной сквозняк из открывшихся окон, потом вихрь окружил вставшего из-за стола Северуса, обернулся несколько раз вокруг него наподобие прозрачного лисьего хвоста, сгущаясь в темный поток некой субстанции, и… всё закончилось. Остался лишь морозный воздух с улицы.
-Линки! Закрой все окна! Живо!
С помощью эльфийской магии все окна тут же затворились. Но и Гарри, и Северус успели протрезветь от свежего воздуха, ещё холодящего тело, на котором, кроме тонкой мантии, ничего нет. Севу повезло чуть больше - его мантия плотнее, но сам он тоньше и мерзлявее.
-Очень впечатляюще. Несмотря на твоё предупреждение, я всё-таки испугался. Особенно под конец, когда чёрный вихрь совсем скрыл тебя из вида.
И, значит, ты все сознательные годы после … его смерти жил с таким проклятым ощущением пустоты и собственной ненужности? Но это уму непостижимо - жить с таким чувством, руководствоваться одними велениями холодного рассудка, заставив заклеймённую, как ты считал, душу, и замёрзшее сердце молчать.
Знаешь, я хочу выпить ещё этого неупиваемого вина, а ты?
-Я тоже, - честно ответил Снейп, у которого внутри всё болело, как будто бы, отмерзая после глубокой заморозки. Рондо своей магией заставило его вновь погрузиться во тьму прошлых лет, Собственное самоотречение, свойственное ему тогда, пережитое на несколько мгновений сейчас, показалось ему настолько бездушным, что ему стало больно за испоганенные Альбусом четырнадцать лет из семнадцати, проведённых в роли шпиона  в пользу Светлых сил, кои олицетворял Орден Феникса, его тогда ещё друзья, позже, по приказу, как марионетки в руках кукольника, отвернувшиеся от него. Только Тонкс, которую он отравил сам, и Люпин, которого он бережёт из последних сил.
Да, надо вечером отправить Ремусу приглашение на Полнолуние, а самому через день сварить Аконитовое зелье для друга - волка.
-Так открывай бутылку, профессор, - вырвал его из потока воспоминаний  и мыслей голос его любимого, Гарри.
Северус разлил вино, и они продегустировали другой сорт, более пряный и холодный, чем предыдущий.
-Ну как тебе букет?
-Странный, притягательный, но, при этом, бесстрастный. Именно то, что надо сейчас, - ответил Поттер.
-Так глотнём же! За что будем чокаться? - спросил Северус.
-За любовь, - уверенно ответил Гарри.
-За любовь, - повторил Северус, они чокнулись, и сделали по большому глотку вина, затем вторым глотком вновь опустошив высокие бокалы.
-Больше пить сейчас не нужно потому, что, если мы снова напьёмся, мы не сможем приготовить пышный обед. Гарри, помнишь, сколько блюд должно быть на обед?
-Столько же, сколько мне исполнилось, когда я убил Волдеморта.
-У тебя своеобразное летосчисление.
-А ты ведёшь своё, начиная с того момента, когда мама играла тебе на арфе и пела по-французски песенку про садовых гномов, и ты вдруг понял все слова - в тебе проснулось чувство этого языка, ты сам мне рассказывал об этом.
-Да, это было на мой третий день рождения. С тех пор я, не переставая, помню всё , что было в моей жизни.
-Ты уникален, Сев.
-Пошли готовить, Герой, - шутливо отмахнулся от комплимента Снейп. 
На этот раз пришлось даже варить суп из черепахи в большом котле.
Они вместе готовили около двух часов, и за это время до Гарри начал доходить скрытый смысл этого времяпрепровождения: два любящих друг друга человека, умершие и воскресшие в едином соитии прошлой ночью, занимаются вместе домашними хлопотами, помогая друг другу, бок о бок. Это должно ещё больше сблизить их и подготовить к предстоящей ночи, в которую Гарри собирался не спать вообще, и не давать спать Севу. Ну, можно и провалиться в блаженную тьму сна без сновидений на пол-часика и проснуться от ласк Сева или самому разбудить его нежным поглажтванием вокруг пупка, которое ему так нравилось, а потом запустить в него палец…
Думая о таких приятных вещах, Гарри немедленно возбудился, механически занимаясь нарезанием каких-то овощей для очередной закуски - горячими блюдами занимался сейчас объект его вожделения, Сев.
Гарри остановился, и Северус сразу заметил, как изменилось лицо Гарри - в глазах, ставшими малахитовыми, было желание, и Гарри медленно подходил, как загипнотизированный, к нему, Севрусу, с ножом в руке, который он забыл оставить на столе. Вид у него при этом был настолько смешным, учитывая полное несоответствие внешнего лилейного и внутреннего горящего, как пламя, что Снейп не выдержал театральную паузу и громко рассмеялся, хлопая себя по бокам.
-Гарри… с кухонным ножом… в мантии Королевы и… с … жадным огнём в глазах!
Гарри внезапно понял всю глупость ситуации, в которой он оказался из-за фривольных мыслей о пупке Сева, и тоже подхватил смех Снейпа.
Насмеявшись, они внимательно оглядели друг друга, словно ища изъяны, но не нашли и продолжили заниматься кулинарией.
…Стол был так плотно заставлен блюдами, во главе которых возвышалась суповая чаша, что, казалось, они будут есть всё это до полуночи, и ни о каком ужине речь не пойдёт, но под шампанское, которое веселило кровь и возбуждало аппетит, обед прошёл замечательно - были попробованы, как и положено, все блюда, а некоторые даже съедены без остатка и таких было немало.
-Мы - настоящие обжоры, Сев. Но, я боюсь, что ужин в меня не влезет.
-Влезет, нет беспокойся - сейчас только три, а до ужина семь часов, заполненных чтением, беседами и моими песнями под Малфоевское вино…
-Да, программа развлечений впечатляет. Может, ещё по кальянчику? - с робкой надеждой ввернул Гарри.
-Может, но только тебе одному. Мне, как-то, не хочется уходить из этого уютного сытного и пьяного мира в одинокий мир Немёртвых.
-А можно мне сейчас?
-Ну, давай сначала допьём початое вино, хорошо?
-Ладно. Это вино - просто чудо. Ни на одном светском рауте, где я присутствовал, не подавали ничего подобного.
-Линки! Убари со стола и поешь!
Они и не могли подать такое. Малфоевские вина продаются или присутствуют в картах вин дорогих ресторанов только в маглесе.
С вином разделались быстро - ещё по два бокала каждому.
Они прошли в гостиную и уселись в кресла, опьяневшие, кажется, до головокружения. Хотелось просто молчать вместе, наслаждаясь послевкусием .Так они просидели, подремав, около часа, когда, наконец, опьянение начало спадать, не оставляя похмелья. Это был ещё один секрет Малфоев.
Гарри почувствовал почти физическое желание покурить немедленно, это чувство болью пронзило тело, как будто его прокололи насквозь шпагой.
Он вздрогнул от нетерпения. Северус уже ушёл в спальню и должен вот-вот вернуться с вожделенным кальяном. Никаких мыслей о наркотическом пристрастии у Гарри не было - он был уверен, что такое острое желание - попросту замена не полученному ни разу за весь день оргазму.
Гарри затянулся семь раз, слегка удивившись этому. До сих пор он не мог сделать при всём желании больше шести затяжек, а начинал, вообще, с двух. Что это, появившееся мастерство или же Северус увеличивает дозы? Мысль исчезла вместе с ощущением тела - он снова летал и видел сначала кружащийся мир, полный радужных красок, с каждым разом, всё более разнообразных, а потом появилось перламутровое предзакатное небо, и душа Гарри на несколько мгновений растаяла в этой сладостной до истомы красоте, а потом снова сгустилась, словно бы он снова умер и воскрес, только теперь не из-за близости с Севом, а из-за соития с этим небом и лиловым Солнцем.
Его вернули назад так быстро, что он не успел сказать "до свидания" окружающей галлюцинации. Северус прсото облил его холодной водой, которая будто душем обрушилась от  взмаха руки стихийного мага, и душа тут же вернулась к мучившемуся от неприятного ощущения телу.
-Ты становишься наркоманом, Гарри, - печально сказал Северус, высушивая того заклинанием,
- это не истинный путь для поддержания тинктуры, как тебе кажется, но ложный. Он ведёт к смерти и только. А разве ты не хочешь жить со мной? Разве я не жаланен тебе? Разве моей огромной любви не хватает, чтобы удержать тебя рядом со мной, а не где-то в опиумных галлюцинациях?
Я уже предупреждал тебя с утра, но ты выбрал момент, когда я расслабился  и стал  рабом твоего желания. Зачем? Прошу, не покидай меня ради придуманного мира грёз!
-Я буду очень стараться, но я и тебя хочу попросить - не будь столь податлив со мной в этом вопросе. Говори:"нет", а я буду тебя слушаться. О, боги, как же я хочу прихода ночи!
-Я тоже. Очень.

0

62

Глава 41.

Вечером , перед подготовкой к грандиозному ужину, венчающему их однодневное кулинарное "общение", Снейп уселся в библиотеке и написал Ремусу письмо:
"Милый друг Ремус,
У нас с Гарри произошла Королевская Свадьба, и сегодня мы весь день погружены в исполнение оставшихся необходимых ритуалов. В этом нет ни капли секса, это совместное приготовление горы пищи. Всё достаточно прозаично. Свадьба свершилась по всем канонам, и тинктура установилась, но меня пугает влечение Гарри к модному нынче занятию - курению опиума.
К моему великому сожалению, я - источник и родоначальник этой напасти для Гарольда. Я не говорил тебе раньше потому, что это было нам не нужно, но скажу теперь, что у меня в доме целая шкатулка этого наркотика  и кальян - недобрая память об отце.
Я, по некоторым причинам, разъяснять кои нет смысла теперь, дал Гарри покурить опиума две недели назад. С тех пор он курил ещё несколько раз, но сегодняшний случай вверг меня в бездну ужаса и отчаяния - ведь я люблю его больше жизни.
Гарри сегодня почувствовал физическое желание опиума - это очень дурной знак. Кроме того, у меня уже второй раз за последние два дня (sic !) возникают среьёзные проблемы с "возвращением" его души из мира Немёртвых, куда его, по рассказам, занесло. Ты понимаешь всю опасность ситуации, в которой мы оба находимся.
Ты спросишь у меня: "Зачем я продолжаю давать ему наркотик, причём, как положено, медленно увеличивая дозу?". Я отвечу - в моей рациональной защите по мере сближения с Гарри, случается всё больше брешей, вызванных любовными эмоциями. Я иногда так расслабляюсь, что иду навстречу его просьбе и даю ему покурить, не в силах отказать.
После сегодняшнего инцидента, когда мне пришлось облить его тело ледяной водой, чтобы душа возвратилась на место, мы с Гарри вроде как сговорились, что я буду говорить ему  "нет", а он будет слушаться.
Но этот договор абсолютно ни к чему никого из нас не обязывает - у Гарри началась, поразительно быстро, стадия физиологической потребности в опиуме, как я увидел сегодня.
Поэтому, видя его мучения, я не смогу отказать ему, а дам следующую порцию дурмана, а потом буду лихорадочно искать способ вернуть душу Гарри из мира Немёртвых.
Это особенно тяжело понимать после Свадьбы, в результате которой я, как ты понимаешь, испытал незабываемые ощущения, и чувства и сейчас переполняют меня, и я жду наступления ночи. Правда, пока Гарри тоже согласен со мной - у нас сложилось замечательное интимное взаимопонимание. На этом я, пожалуй, остановлюсь, чтобы не посвяшать тебя в подробности наших с Гарри отношений подобного плана.
Правда, если ты почтишь мой дом своим визитом, как всегда, на Большое Полнолуние (ведь гостевая комната по-прежнему принадлежит тебе одному!), и мы, как всегда, хорошенько выпьем, тет-а-тет, без Гарри, то ты сможешь получить достаточно подробное изложение наших постельных баталий, если захочешь.
Но, зная твою, уже вошедшую в поговорку для меня, деликатность, я могу утверждать, что ты не будешь задавать мне наводящих вопросов. Ведь дело не в том, как и сколько раз, а в любовном понимании друг друга.
Так же, как в случае нашей мужской дружбы, дружеском понимании, которого мы достигли, слава маггловскому Богу, уже давно.
Итак, аппарируй, как можно скорее, Полнолуние надвигается, и я послезавтра сварю твоё зелье.
Жду, скучаю, люблю.
Твой Север."
Верный ворон косился на него мудрыми глазами во время привязывания к лапе послания, потом потянул левое крыло и улетел  к Ремусу дожидаться ответа.
Ремус аппарировал неожиданно скоро, особо не собираясь и не укладывая  в сундук разнообразие нарядов - он прибыл налегке, с маленьким саквояжем , одетый,  как всегда, по-маггловски, но надев сверху мантию и застегнув её.
-Где Гарри?
-Спит после сушки в спальне.
-Вашей общей, надеюсь?
-Да, в нашей общей. Как я и написал, твоя комната уже готова принять тебя, а сейчас я пойду будить Гарри - нам нужно приготовить праздничный ужин, венчающий завершение обрядов Алхимичекой Свадьбы.
Ты присоединишься к нам за столом? Клянусь Посохом Мерлина, ты не пожалеешь.
-А утка в маринаде будет?
-К сожалению, это блюдо не входит в состав основных, а их двадцать четыре…
-Понял, но завтра с тебя утка.
-Согласен, пусть и Гарри попробует.
-А ты, что же, за весь ваш роман ни разу не соблазнил его с помощью утки?
-Наш роман столь быстротечен, да , к тому же, я и Гарольд и без утки достаточно влюблены друг в друга, и мне даже не потребовалось его соблазнять - он первым полез целоваться.
-Как твои раны?
-Смотри, вот здесь, на шее, видишь хоть какой-нибудь след?
-Поразительно, у тебя же практичски было порвано пол-горла. Я не перестаю удивляться твоим талантам.
-Сегодня у меня день комплиментов - Гарри назвал меня уникальным, а ты - талантливым.
-Север, брось дурить, ты действительно такой, да ещё чертовски красивый в этом наряде.
-У Гарри тоже очень необычная одежда, вот увидишь. Я делал эскизы сам, вчера перед Свадьбой.
-А я бы на твоём месте лучше бы мечтал о Свадьбе, хотя ты действительно выглядишь по-королевски. - как-то невнятно и быстро проговорил Ремус.
-Верно, я - Король, а Гарри досталась роль Королевы.
-Я и не сомневался, что доминантой в вашей паре будешь ты.
-Это комплимент или?..
-Скорее, констатация факта.
-А ты остр на язык сегодня, Рем. К чему бы это?
-К воспитательной беседе с Поттером и вставлением ему мозгов на место.
-Прошу, не сегодня. Завтра, когда он снова попросит покурить, в чём я не сомневаюсь.
-Хорошо, не буду портить молодожёнам праздничный ужин. О, а вот и Гарри! Сам проснулся.
Ну-ка, покажись, прекрасная Королева.
-Здравствуй, Ремус. Северус уже всё тебе рассказал?
-Ничего из того, что могло бы смутить тебя или меня. Он очень корректный, наш Северус, не сомневайся.
-Северус, нам пора готовить?
-Да, Ремус, идём с нами на кухню. Пока мы будем всем этим заниматься, расскажешь что-нибудь из новостей твоего мира.
-А вы не в курсе новостей?! Вот это удача! У нас уже все всё знают и пережили настоящий шок.
Гарри, твоя жена, то есть, ныне бывшая и уже… стоп, стоп, по порядку. Так вот, Сью оказалась твоей отравительницей - эксперты Аврората по моему личному, разумеется, платному, запросу ещё раз подвергли анализу остатки чая из той злополучной чашки, и нашли в нём сильнодействующий яд на основе….
-Ртути, - вставил слово Северус. Для себя он уже решил эту задачку.
-Да, ртути и малоизвестного растения крылатника кровеносного.
-Ах, это он, что же я не догадался? Глупец, - стукнул себя по лбу Северус.
-Именно из-за действия этого растения, усиленного, представь себе, шоколадом, то есть выжимкой какао бобов, ты и стал исходить кровью через поры.
-Что с ней сделали? - спросил Гарри.
-Дементор поцеловал её неделю назад.
На кухне повисла тишина, прерываемая непрестанным стуком ножа Северуса.
-Ну, туда ей и дорога, - сказал он нарочито беспечно.
-Мне жаль, - сказал Ремус, глядя, как изменилось лицо Гарии при его известии.
-Что ж, по крайней мере, эта казнь безболезненна, - высказался Поттер, - хотя я помню свои эмоции при приближениии Дементоров. Это ужасно, она, наверное, успела пережить все свои страхи. Но, тогда выходит, что такой вид казни следует отменить, как негуманный - жертва испытывает моральные мучения перед ней.
-Гарри, любой обречённый на казнь переживает перед ней всю свою жизнь, какова бы эта казнь ни была, за исключением, правда, Авады, действующей две секунды. Я это знаю, я видел много пыток и казней, и убивал сам, причём из милосердия, как тебе уже рассказывал. И мне жаль моих жертв, но это было, как ты выражаешься, гуманнее, чем продолжать их мучения, и я платил за свою Аваду Круциатусом Лорда. Хорошо, что я был почти невосприимчив к этой пытке.
-Дорогие молодожёны, рад перевести тему на нечто болеее приятное для вас, нежели разговоры о пытках и казнях. Так вот, миссис Джиневра Гойл разрешилась от бремени крепышом, которого назвали… Северусом ! Это было идеей счастливого отца - назвать первенца и Наследника именем любимого декана,  Джиневре пришлось только согласиться. Она, вообще, стала идеалом жены - преданная, любящая, хозяйственная, наконец, просто красивая. Да, свекровь, миссис Элоиза Гойл, в прошлом светская леди, научила Джиневру правильно краситься, применять парфюмы и одеваться каждый день так, что не стыдно было бы выйти в таком наряде и в свет, где она, после рождения сына, частенько блистает. Она становится настоящей светской львицей: её наряды обсуждаются в свете, её манере держаться в обществе начинают подражать.
Неудивительно, что ты, Гарри, по своей истинной сущности сторонник однополых отношений, не разглядел в неогранённом алмазе бриллиант. Удивительно только то, что это удалось сделать недалёкому мистеру Гойлу.
-Ремус, ты ведь тоже "сторонник однополых отношений", где же твоя пара?
-Это большой секрет, который знает только профессор Снейп, мой лучший друг и собутыльник. Вам же можно пить сегодня?
-Да, - ответил Северус, - и мы с Гарри распили две бутылки Малфоевского вина разных сортов, чтобы продегустировать и сравнить их.
-Ну, а мне перепадёт бутылочка Малфоевского винца за ужином? Кстати, во сколько он?
-В одиннадцать. А закончится ровно в полночь, и мы с Гарри сразу пойдём к себе, а то мы очень соскучились друг по другу за сегодняшний день, обойдясь даже без лёгких поцелуев. А тебе достанется бутылка, если хочешь, две, Малфоевского вина. Карту вин "Наваждения" ты знаешь не хуже меня, а потому выбирай любое полу-сухое.
-Я предпочту "Песнь Песней". А вы бедняги - всё ты, Север, с алхимическими заморочками.
-Без них наш союз был бы обречён, зная непостоянство Гарри и мою привязчивость. Мне бы не хотелось потерять его через пол-года.
-Так вот, для чего все эти игры - из-за моей неудовлетворённости женщинами и поиска  подходящей мне пары, который занял полтора года? Сев, это несправедливо - … так не доверять мне. Честное слово, я обижен.
-Я попрошу, очень хорошо попрошу твоего прощения ночью, любимый.
При виде этой воркующей, счастливой в предвкушении страстной ночи, парочки, у Ремуса защемило сердце:
-Только из-за того, что я - оборотень? Нет, думаю, я просто не смог зажечь в Севере искру любви, настоящей, с допуском в спальню. Это я виноват в том, что он будет сегодня снова счастлив с Гарри, этим молодым везунчиком, Героем магического мира, покинувшего его ради Севера. Но Гарри - наркоман, а, значит, их отношения, какими бы пламенными они не были, обречены заранее. Неужели Север оказался настолько морально слаб, что сам сделал любимого человека зависимым от этой дряни? Да как вообще Северус может считать, что он любит Гарри больше жизни, если сам медленно  убивает его? Странные, патологические отношения. Лучше оставаться наблюдателем, чем влезать со своим мнением Северу в душу. Он сейчас ослеплён открывшимся способом выплеснуть, надо сказать, настоявшееся, как у меня, либидо, как это называют маггловские целители душ.
Ремус ушёл с головой в размышления, не замечая виртуозных движений Северуса, жарившего маленькие тонкие рисовые блинчики, мастерски подкидывая и переворачивая их в возухе над сковородкой. А вот Гарри, напротив, искренне любовался своим Королём, остававшимся таковым даже на кухне.
…Ужин был сытным, но лёгким, иначе никто не смог бы перепробовать все блюда. Гарри налегал на мясо, которого было немного и, в итоге, подъел все мясные блюда и закуски. Он знал, что на долгую страстную ночь потребуется много сил.
Северус, наоборот, лишь ритуально притрагивался к каждому из блюд, не отдавая предпочтения никакому из них, словно ему было всё равно, что есть. У него, совершенно очевидно, не было аппетита вообще. Ремус ел также все блюда, бывшие на столе, чтобы не нарушать традицию.
Линки был заранее предупреждён явиться ровно в полночь и убрать со стола. Так и случилось - по эльфийскому волшебству стол мгновенно опустел, только Ремус остался держащим занесённую над исчезнувшим блюдом вилку. Посмотрев на его озадаченный вид, с которым он рассматривал пустую теперь вилку, Гарри и Северус, как по команде, хором рассмеялись. Засмеялся и Ремус. Общий смех разрядил атмосферу за столом. В то же время на столе появились две бутылки "Песни Песней" для Ремуса, а Гарри, не долго думая, уселся к Севу на колени в излюбленной позе и начал его зацеловывать. Северус сначала стеснялся присутствия третьего, но под напором ласк Поттера сдался, ответив ему одним страстным поцелуем и скомандовав:
-А теперь - в спальню.
Но сначала в ванную. Ты первый, я принимаю на ночь расслабляющую ванну с травами. Это надолго.
-Я не хочу тебя ждать долго, любимый…
-Э-э, кхм, не желаю мешать вашим действиям и разговорам, а потому удаляюсь в гостиную, -сказал Ремус, чувствуя себя чужим на этом празднике реальной, столь желаемой, жизни.
-Лучше оставайся здесь, Рем, - проронил Северус, - а то мы можем помешать тебе наслаждаться покоем и вином. Сейчас я отлевитирую тебе кресло к камину и подам бокал.
Когда всё было сделано, устроившийся в кресле Ремус источал благожелательность и проронил:"Спокойной ночи", оставшись с бокалом любимого вина.
Ему не было слышно ни звука из спальни, как он не хотел услышать стон Севера, представляя его с собой…
Но он смаковал вино, впервые оставшись в таком одиночестве, что ему захотелось стать волком как можно скорее, чтобы подползти к ногам Севера и, не стыдясь,  положить на его колени тяжёлую волчью голову с полу-человеческим рассудком, полностью человеческим сердцем, и волчьей душой, жаждущих любви, плотской любви с Севером.

….-Скажи, тебе лучше со мной или во время опиумного опьянения?
-Если честно, то это - по-разному. С тобой происходит физический контакт, мы кончаем одновременно, несмотря на то, что это всего лишь вторая наша ночь, а там… душа входит в соитие с неземной красотой, растворяяясь на какие-то мгновения в ней. Это сложно объяснить, я понимаю, тем более тебе, слушающему меня сердцем, полным любви.
С тобой мне хорошо, очень, но всё время хочется ещё лучше, и я это получаю. Меня волнует, есть ли потолок в этом возрастании наслаждения?
-Нет, его нет, и при желаниии ты смог бы снова  умереть и воскреснуть, будучи подо мной. Но моё либидо не удовлетворено - я хочу тебя сверху, однако я  не принимаю наркотик, чтобы в галлюцинациии ты овладел мной, и в этом - вся разница между нами. Чуть что, и ты спешишь променять меня на мир Немёртвых, а я остаюсь в одиночестве с твоим бесчувственным и бездуховном телом, думая, как бы привести твою душу обратно.
Умоляю, слышишь, Северус Ориус Снейп умоляет тебя - остановись, не кури больше.
-Но там такое небо и такое Солнце…Сев, я попробую, но это всё равно, что отрубить себе конечность и быть инвалидом, лишившись такого счастья.
Пойми, мне нужен ты и нужен кальян, я почувствовал сегодня, как он мне нужен.
Физически, ибо моё тело требует отправления души в тот влекущий мир, без которого я себя уже не не смыслю.
-А как же выдержаннная тинктура, Гарри? Если ты будешь курить и дальше, твой характер и поведение изменятся в худшую сторону. Постоянное потребление опиума позволило моему отцу запытать Круциатусом Альвура , наложив на маня Petrificus totatalus.
Представь, какую муку я чувствовал тогда. Пережив её, мне был уже не страшен, по совету Альвура пропускать боль через себя и давать ей выход где-то в районе макушки,  Круциатус самого Лорда, благодаря тому, что я стихийный маг по материнской "еврейской" линии!
…Мой единственный, возьми меня!
-Я боюсь, Сев, сделать тебе больно. Ты же растягивал меня до вхождения, и всё равно, мне было больно, когда ты оказался во мне.
Я же не оказал тебе такой услуги. Значит, тебе будет невероятно больно. Я не хочу доставлять тебе боль и ассоцииироваться с ней в твоём сознаниии. Прости, Сев, я не готов.
-Просто попробуй, хотя бы, растянуть меня, сделай попытку.
-Я не могу, Сев. Ты - моя доминанта, и вторгаться в тебя для меня невозможно. Ты - мой Бог, и осквернить тебя вторжением я не в силах.
-Это - твоё окончательное решение?
-Нет, просто дай мне время, ну, привыкнуть к этой идее, по крайней мере.
-Ты не против, если я посплю с пол-часа?
-Нет, спи, любимый, но я разбужу тебя, знай. И мы снова будем вместе.
Они радовались плотским утехам всю ночь и утро, пока не насытились друг другом.
Ранним утром, ещё в темноте, они перекусили сандвичами с чаем, но теперь, поздним утром, они почуствовали настоящий зверский голод.
Слава всем богам, им не нужно было готовить сегодня, и они заказали Линки сытный завтрак с
яичнецей с беконом, тостами, маслом, джемами и свежеиспечёнными круассанами с шоколадным кремом.
Северус снова пошёл в ванную первым на классические пол-часа. Даже после всех утренних процедур весь его вид говорил о бессонной ночи, посвящённой искусству любви, и следовало учесть при этом, что он убрал с тела все засосы и следы зубов. Глаза его, обведённые тёмными кругами, ясно светились переполнявшим его чувством восторга от полученного за ночь удовольствия.
Гарри вошёл в ванную, посмотрел в зеркало и удивился схожести их с Севом вида. Те же тёмные тени на лице, вся шея и бёдра украшены засосами и следами лёгких, но таких чувственных, укусов. Он решил из принципа не убирать эти знаки любви, чтобы поддразнить Ремуса и чтобы Сев, глядя на них, каждый раз чувствовал лёгкое возбуждение при воспоминаниях , когда и в какой ситуации был получен очередной засос или укус. Гарри после этой ночи чувствовал себя лёгким и немного опустошённым, но, одновременно, переполненным страстью, в которой купалась его суть.
Северус был уже одет, как всегда, словно перестал быть Королём, но даже простого покроя тёмно-синий, застёгнутый на все пуговицы, сюртук, сидел на нём по-королевски.
Гарри очень хотелось одеть вчерашнюю мантию, но в гардеробе он её не нашёл.
-Сев, где моя королевская мантия?
-Этих одежд в гардеробе больше нет. Они упрятаны далеко в один из сундуков с фамильной одеждой Снейпов.
-Жаль. Сев, а давай поженимся, - неожиданно предложил Поттер, - я бы вошёл в твой род, взял бы твою фамилию.
-Мы, вроде, торопимся на завтрак. Об… этом поговорим после завтрака, а потом я оставлю тебя с Ремусом - он хотел с тобой поговорить.
-Ты знаешь, о чём? И не скажешь?
-Знаю, но не скажу.
Гарри оделся в зелёное сукно и бархат, но сюртук застёгивать не стал, и они вышли к завтраку.               
-Утро доброе, Ремус, прости, что заставили тебя голодать. Сейчас нам всем воздастся сторицей за ожидание. Мы заказали очень хороший завтрак.
Ремус выглядел не лучше, чем они, но при этом был вял после, очевидно, бессонной ночи. Кресло с наколдованным пледом всё ещё стояло возле камина, как и две пустые бутылки и осколки бокала, на ковре виднелись множнство капель крови.
Северус сразу восстановил картину произошедшего, и ему стало стыдно за браваду Гарри интимными следами ночи любви. Ремусу и без того было больно.
-Покажи ладони, Рем.
Так и есть - изрезаны наискосок, глубоко.
-Сейчас принесу мазь. Антипохмельное зелье, как я понимаю, не требуется.
-Ещё как требуется - я пил потом скотч, много скотча, бутылки в моей комнате.
Северус сам смазал порезы Ремуса, сделал несколько пассов, и бокал снова стал целым, как от Reparo, а пятна крови исчезли, как от Evanesco, хотя ни одного заклинания вслух произнесено не было. 
Ремус вздрогнул, когда увидел целый и невредимый бокал в руке Северуса.
-Неужели так больно, приятель? - тихо, чтобы не услышал Гарри, шепнул Снейп.
-Можно мне не отвечать на твой вопрос, Север?
-Твоё право, но я хотел только…
-Не нужно. Это не поможет. Ничто не поможет. Это надо как-то пережить, смириться. Ведь я смиренный волк, ты знаешь
-Наконец-то Линки соизволил подать завтрак! - заявил во всеуслышанье Ремус, - а то я думал, меня уморят в твоём доме голодом, Северус. Он сделал особое ударение на  слове "твоём", подчёркивая тем самым, что Гарри - тоже всего лишь гость Севера, пусть они и спят вместе.
…-Ремус, мы думаем пожениться с Гарри, - спокойно сказал Северус, когда все наелись, стол был освобождён от остаков завтрака, и было подано шампанское.
-Прелагаю хорошенько выпить за это, - сказал Поттер, глотая слюнки, глядя, как Сев откупоривает три бутылки.
-Мы пьём без бокалов, - пояснил он Ремусу, - так вкуснее, вот увидишь.
Они чокнулись бутылками и выпили по доброй половине шипучего напитка сразу.
-И в каком мире вы собираетесь узаконить связь? -  поинтересовался Ремус.
-Да, этот вопрос мы ещё не обсуждали. Теперь это возможно и у магов, и у магглов. Что ты думаешь на этот счёт, Гарри? - спросил Северус, допив бутылку и заказав Линки "Повторить".
-Я бы хотел в волшебном мире. Там все мои адвокаты, нотариусы и прочая, да и недвижимость у меня там, а её достаточно много, и я бы хотел завещать её Северусу.
-Ну вот так сразу - завещать, сказал Ремус, - нельзя ли повеселее относиться к предстоящему празднику бракосочетания?
Я знаю, Север, у тебя тоже замок - там. И он намного больше подходит тебе, чем этот маленький, по сравнению с замком, маггловский дом.
-Я согласен, но жить мы первое время будем в этом доме - мне надо постепенно привыкать ко столь многим переменам, что я боюсь за сохранность рассудка.
-Значит, без помолвки, а кто будет венчать?- это опять спросил Ремус, словно бы ему самому предстояло сочетаться браком с Героем волшебной Британии.
-Думаю, наши, вернее, Гаррины адвокаты займутся этим вопросом прямо сегодня.
Ты ведь сможешь аппарировать к кому-нибудь из них и объяснить внятно, что нам нужно? - спросил Снейп.
-Только потом, когда я протрезвею после второй бутылки, которую ты, Сев, никак не откроешь.
Снейп снова раздал дымящиеся бутылки.
-За магическую свадьбу! - произнёс Ремус, и все чокнулись.
Северус заставил Гарри пойти с ним в супермаркет, чтобы показаться людям в паре с собой, предупредив его, что настырных взглядов будет много. Второй целью выхода на улицу было быстрое отрезвление Поттера на холодном сыром воздухе декабрьского, как всегда хмурого, дня.
-Ты готов? -спроил уже одетого в пальто Поттера Ремус.
-На что?
-Заменить меня рядом с Северусом?
-Уверен, что готов. Но я думаю, в следующий раз вместо меня пойдёшь ты, чтобы создать Северусу образ развратника, делящего ложе с двумя мужчинами, а эти респектабельные соседи-магглы пусть ломают головы, по очереди меняет уважаемый Северус Снейп своих любовников в постели или удовлетворяет сразу обоих.
-Ну и воображение у тебя, Гарри, ни за что больше с Севером в … этот, ближний супермаркет не пойду, а то ты всё так живо расписал.
-Неужели ты не понял - я пошутил.
-Видимо, я не понял , в чём соль шутки.
-В том, что ты был и остаёшься в своих правах на Северуса, как на своего друга. В этом я  - не соперник тебе, и ты действительно можешь с ним на пару хоть в ресторан пойти, оставив меня дома.
-Спасибо тебе, Гарри, - серьёзно сказал Ремус.

0

63

От Автора: Is there anybody out there? или "А что, обсуждать уже нечего или надоело? "

0

64

Ну, раз никто ничего не говорит, мы продолжим. Недолго осталось :)

Глава 42.

Поттер аппарировал к одному из своих адвокатов, и тот обещал немедленно начать сбор  документов для Дозволения на Венчание - основного документа, регистрирующего браки волшебников. Адвокат был настолько профессионально любезен и невозмутим, что, казалось, ничему услышанному не удивился. Сказал, что достанет все документы для Гарри и объединит усилия с нотариусом Снейпов, но посоветовал "уважаемому профессору Северусу Ориусу Снейпу" нанести сначала визит своему нотариусу и дать разрешение на совместную быструю и продуктивную деятельность. Потом Гарри аппарировал к своему нотариусу и составил завещание, по которому в случае смерти Гарольда Джеймса Поттера, в последствии Снейпа (нотариус оказался не столь выдержанным и округлил глаза, но ничего не посмел сказать)  всё движимое и недвижимое имущество оного передаётся Северусу Ориусу Снейпу. Также было записано, что в случае недееспособности завещателя его опекуном назначается всё тот же Северус Ориус Снейп.
Завещание было так красиво написано красными чернилами на воскового цвета пергаменте и заверено такими красивыми печатями и вензелями, что Гарри захотелось показать его Севу, но, сделать этого было нельзя, и он наколдовал магическую копию документа, а нотариус заверил и её.
Гарри, счастливый и уже соскучившийся по Севу, аппарировал в Уэст-Энд, в сквер перед домом Снейпа. Ему так захотелось оказаться в объятиях любимого и снова слиться с ним в единое божество, что он гулял нарочито медленно по скверу для остужения пыла. Он был уверен, что Сев не захочет его днём и... ошибался.
В то время, когда Гарри мерял шагами сквер, Северус, будучи в лаборатории и занимаясь свойствами табака, почувствовал жжение в паху и немедленное желание овладеть любимым.
-Это тинктура, - подумал он, - извечная привязанность друг к другу, желание видеть, осязать, обладать.
Усилием разума ему удалось подавить желание, и боль в паху прошла.
Ремус в это время возлежал, свесив ноги, на маленьком диванчике в библиотеке, читая Диккенса и ожидая Гарри для серьёзного разговора об опиуме.
Наконец, уняв сексуальное желание на холодном пронизывющем ветру и дождавшись измороси, Поттер заспешил в дом, войдя в него по-маггловски. Он спиной почувствовал взгляд соседки из соседнего особняка.
-Пусть её смотрит, - с какой-то тревогой подумал Гарри, - а надолго ли мы здесь и нужно ли притворяться магглами? Ответа не было, и негде было его искать.
Ремус первым встретил Гарри на кухне, где он согревал руки о чашку чая, поданного Линки.
-Эльф уже слушается тебя?
-Да, и давно, до того, как, в общем, ну эта Алхимическая Свадьба, одним словом, до того, как мы стали спать вместе.
Зачем ты расколол бокал руками, Ремус?
-Это не твоя забота, Гарри.
-Но кто-то же должен знать, что с тобой творится с момента прибытия сюда?
-Север знает.
-Но он не скажет мне.
-И я не скажу. Повторяю - это не то, о чём ты должен думать. Попроси, пожалуйста, у Линки скотч - я сегодня ночью разорил весь бар Севера. Ты не думай, там было только три бутылки, причём одна - початая.
-Линки! Скотч и стакан!
Ремус налил стакан виски и спросил:
-Что ж ты себе ничего не заказал?  Я хочу поговорить с тобой, да, с разрешения и даже одобрения Северуса, и разговор будет длинным и тяжёлым.
-Линки! Любое полу-сладкое Малфоевское вино для серьёзного разговора!
-Очень серьёзного, Хозяин?
-Да, очень, ведь так, Ремус?
-Тогда Линки осмеливается предложить Хозяину другое вино, Линки разбирается в винах, Хозяин.
-Тащи любое на твой выбор! Доверяю.
Перед Гарри оказалась пыльная бутылка красного стекла, закупоренная сургучом.
-Ремус, помоги мне с этим чудом.
Ремус помыл бутылку, обтёр её насухо полотенцем, отчего красное стекло заиграло на свету, покопался с сургучом и вдруг ловко окрыл её.
-Гарри, налей и мне стаканчик, не пожалей, это очень хорошее вино, происхождения которого я не могу определить.
Они продегустировали букет - это был запах полыни и сухих, выгоревших на большой плоской равнине, каких нет в Англии, трав и цветов. Выпили по глотку, и закружилась-захмелела голова. Это не было вином, напиток был настолько крепким, что обжигал горло и пищевод, но, как ни странно, от этого было приятно. Сразу стало жарко. Гарри снял сюртук, а Ремус расстегнул и без того лёгкую, шёлковую мантию.
-Гарри, рассказывай о мире Немёртвых, до поподробнее.
Поттер начал рассказывать свою галлюцинацию, ничуть не удивившись, что о его увлечении опиумом известно Ремусу. Тот много раз прерывал Гарри, выспрашивал кажущиеся неважными подробности видения, и Гарри раскрывал свою душу так широко, как не было с Севом, и снова ничуть не удивлялся, прихлёбывая странный зелёный огненный напиток.
Потом заговорил Ремус. Сначала он твердил прописные истины о роли наркотика в существовании организма, его жизнедеятельности, но потом прешёл на мировосприятие, и Гарри снова , как у подъезда дома, стало не по себе.
-Ты будешь постоянно находиться частично в мире Немёртвых, и никогда, слышишь, никогда не сможешь больше целиком принадлежать своему избраннику. Ты перестанешь воспринимать мир таким, каков он есть на самом деле. Ты уйдёшь в некую тень, ущербный, больной мирок, который будет сужаться и, в итоге, ты останешься наедине с кальяном, одинокий опиумный наркоман, которого ждёт скорая смерть от передозировки. Ты хорошо понял меня? Тогда допивай стакан и иди спать. Это был французский абсент, тоже наркотик, но очень лёгкий. Возьми у Северуса зелье - будет похмелье и очень сильное. Твой, вернее, ваш эльф хорошо разбирается в винах.
Ремус вернулся в библиотеку, где и заснул, громко храпя из-за неудобной позы, на диванчике с томом Диккенса.
Гарри постучал в дверь рабочего помещения. Она вскоре отворилась.
-Гарри? Ты вернулся?
-Давно, и мы уже поговорили с Ремусом. Он так запугал меня, что у меня отпало всякое желание курить опиум.
-Так и надо. Спасибо Ремусу… Гарри, - прошептал Снейп, - иди ко мне…
-Я пьян, Сев, Линки напоил нас абсентом.
-Тем более, сейчас ты должен быть так податлив, да и чувствительность у тебя выше, чем обычно.Ты почувствуешь меня сильнее, поверь мне, я пил абсент.
Северус приобнял несопротивляющегося, безвольного и бесстрастного Гарри за бёдра, придвинул к одному из пустых рабочих столов и сказал:
-Ложись грудью на стол.
Северус  расстегнул шоссы Гарри и начал неистово ласкать его через шёлк, вскоре добившись желаемого результата.
Снейп одним толчком вошёл в любимое тело, и несколькими рваными движениями полностью овладел им до конца, заставив и Гарри кончить одновременно. Они оба застонали  так громко, что потревожили пьяный сон Ремуса. Их стоны были, скорее, всриками, и Северус не постеснялся выражать свою радость так отчаянно и безумно.
Ремус проснулся с жуткой головной болью и остальными признаками дикого похмелья и отправлся к Северу за зельем.
…Они всё ещё были вместе, когда Ремус подошёл к неожиданно открытой двери, он видел, как Северус, выйдя из любовника, медленно ласкал его член, а потом стал облизывать ладонь и пальцы правой руки…
Ремус впервые в жизни почувствовал настоящую ревность - он физически хотел владеть Севером, а не позволять ему наслаждаться молодым телом другого. Ревность жгла грудь и мешала дышать.
Хотелось закричать, вцепиться зубами в глотку Поттера и разорвать её так, чтобы вырвать напрочь кадык, чтобы видна была гортань, убивать, убивать, убивать, убивать…
Он вдохнул воздух и ему стало легче - все уже были одеты, и в руках Гарри был флакончик с тем же зельем, за которым пришёл Ремус.
Он постучал по косяку двери.
-Ремус, ты тоже за зельем? Заходи, друг, - говорил довольный Северус. Тинктура держалась.
Вам с Гарри надо выпить по два флакончика - ведь у абсента есть и наркотические отголоски.
-Я знаю, Север, а ещё я видел вас, обоих, - не подумав, сказал Ремус.
-Мне жаль. Мы забыли прикрыть дверь.
-Вы разбудили меня своими стонами, и за это должны подать сытный обед, -  сказал Ремус, когда выпитые два флакончика начали действовать.
Я хочу жрать.
-Я тоже, -присоединился  к Ремусу Поттер.
-Я тоже того же мнения.
-Линки! Быстро, сытный английский обед!
Северус застегнул низ сюртука, ставраясь сделать это незаметно, повернувшись к рабочему столу. Ему было стыдно и перед Гарри, которого он так везапно для себя соблазнил, и перед Ремом, особенно перед ним, видевшем их в конце соития.
-Это всё тинктура бурлит, -  оправдывался перед собой Северус, -  никак не выйдет на нормальный уровень. Бедный Ремус… как бы он не попытался загрысть Гарри в образе волка… хотя моё уже модифицированное Аконитовое зелье сохраняет в нём и человеческий разум, но… рефлексы волка могут опередить разум. Боги, я не могу выгнать на Полнолуние ни Ремуса, ни Гарри. Значит, остаётся одно - держать всю ночь Гарри взаперти, лучше в библиотеке с Малфоевским вином. Пусть читает поэзию и мечтает обо мне.
…Ночь прошла сумбурно - от пряных желаний и осуществления их до крепкого сна на рассвете, потом ещё одно занятие любовью, и в душ, в душ, смывать похоть с тела. Северус начал объяснять свои чувства к любимому именно так:
-Похоть, грязная похоть… А как же поддержание тинктуры? Ведь нельзя отказаться от… этого хотя бы на пол-дня.
Снейп запутался в своих чувствах, одеваясь, пока Гарри был в душе. Сегодня он оделся в чёрное. Изысканная шёлковая мантия с серебряным подбоем взлетала  при каждом шаге, развеваясь так, будто в в доме был сквозняк.
-Ремус, доброе утро. Как я посмотрю, сегодня ты поспал немного.
-Да, меня развезло от твоего драгоценного коньяка из бара. Ведь я, в отличие от Гарри, не имею силы над твоим эльфом, чтобы попросить скотч.
-Рем, Линки не может по эльфийским законам магии подчиняться трём волшебникам. Для него двое  - максимум, пойми меня правильно, я вынужден был выбрать Гарри, а не тебя, мой милый Рем. Пойдём, на голодный желудок выпьем чего-нибудь крепкого, чтобы у меня перестало возникать страшное чувство, будто я теряю тебя.
-Нет, Север, пить с тобой я не буду. Я оставлю саквояж у тебя и аппарирую обратно в Школу. К тебе вернусь вечером перед Полнолунием, чтобы традиционно провести его, только запри Поттера, а то я за себя не рукаюсь.
-Я уже думал об этом и только ждал вот этих твоих слов. Гарри будет заперт в библиотеке, если тебе интересно. Он не сможет покинуть её даже по нужде, а мы будем с тобой только вдвоём, как всегда….
-Ты пожертвуешь целой ночью без Поттера ради меня?
-Да, и сделаю это с радостью ради нас с тобой потому, что я не перестал любить тебя. Как друга.
Сегодня ставлю Аконитовое зелье. Твоё промывание мозгов Гарри даёт эффект - второй день он не просит покурить. Я искренне преклоняюсь перед тобой и грамерси тебе.
-Ты меня заговорил, Север, дай лучше антипохмельного.
Ремус принял предложенное зелье, и через несколько минут глаза его заискрились опять.
-Ну вот, теперь можно и аппарировать. Пойду одеваться.
-Жаль, мой камин не может помочь тебе попасть сразу в Школу.
-Ничего, я уже привык к этим прогулкам от Хогсмида.
Не залюби своего драгоценного будущего мужа вусмерть, а то с твоим темпераментом это возможно, - улыбнулся Ремус, - до Полнолуния, Северус.
Ремус аппарировал из холла.
Гарри хотел есть. Ужасно сильно. После ночи, полной утех, его желудок скручивало от голода.
-Линки! Большой завтрак на троих! Северус, пошли завтракать, а то я сейчас свалюсь от слабости. А где Ремус?
-Ты уже заказал еду? Ремус вернулся обратно в Школу - у него там появились неотложные дела, а Минерва сейчас в Бобатоне.
-Жаль, он хороший собеседник. Ты дашь мне покурить сегодня?
-Нет. И не проси больше.
…-Кстати, у меня сегодня два важных дела - поставить Аконитовое зелье для Ремуса и попасть к своему нотариусу. Так что тебе придётся поскучать без меня, - говорил Снейп за завтраком. Они были так голодны, что съели и порцию Люпина.
-Ну хоть вина со мной выпьешь, а, Сев?
-Смотря какого и сколько.
-Я бы предложил полу-сладкое Малфоевское. Одну бутылку.
-Хорошо. Сейчас, да?
-Линки!…
Они распили замечательное ароматное вино из красивых фужеров.
-Откуда у тебя столько красивой посуды?
-Я её коллекционирую, изредка посещая один магазинчик в Центре, где скупаю всё, что мне нравится.
О, боги! Я же совсем забыл - мне надо приготовить десять больших фиалов для заказчика, который прибудет уже завтра.
Северус не допил вина, не поцеловал Гарри и отправился переодеваться в рабочий сюртук, на ходу снимая прекрасную мантию.
Гарри медленно допил своё вино, взялся за фужер Сева, подумав:
-Вот она какая, совместная жизнь с Севом - он ничуть не изменил своим привычкам после Свадьбы. Но я всё равно люблю его, даже такого, надутого, как павлин.
И я снова прийду к нему, и мы займёмся дикой, необузданной любовью, как вчера, только в другой позе: я лягу на стол спиной, предварительно сняв шоссы и трусы, а Сев войдёт в меня, стоя. Это будет клоссальная вещь - он целиком окажется во мне, а я обхвачу его бёдра ногами…
От накатившего возбуждения он застонал и бросился в лабораторию, отворил дверь, не запертую заклинаниями и выдохнул:
-Сев!
Северус ожесточённо растирал какой-то скользкий ингредиент в однородную массу.Он даже не посмотрел  на уже раздевающегося Поттера..
-Сев! - снова позвал Гарри.
-Милый мистер Поттер, мне совершенно некогда заниматься любовью.
-А так?- спросил полу-голый Гарри, залезая под стол, за которым работал Сев и расстёгивая его шоссы, добираясь до вожделенного члена и беря его целиком в глотку.
Северус застонал, и его тело изогнулость от вспыхнувшего желания.
-Хорошо, - прошептал он, - как ты хочешь?
….Они реализовали фантазию Поттера, и им обоим показалось, что эта поза - одна из наилучших, и они не забудут про неё ночью, а сейчас, извини, Гарри, любимый, у меня закипел котёл, да, а всего их пять и ещё один для Ремуса, иди же, ненасытный, почитай маркиза де Сада, Просто призови книгу, только не надейся на воплощение… его фантазий, я не люблю причинять боль, иди же…
-Поттер, наконец-то ушёл читать эротику, как бы он опять не перевозбудился и не прибежал  сюда снова. Похоть - любовь, что перевешивает на этих весах в наших отношениях? Меня начинает тревожить эта неразбериха, - думал Снейп, мешая Аконитовое зелье и приглядывая за остальными котлами.
Как ни странно, от работы он, по-прежнему, получал удовольствие, не сравнимое с ночными радостями. Это было особое, незамутнённое ничем чувство нужности, необходимости выполняемых им отточенных, как в Ковент Гардене, движений. И это чувство приносило своё, иное, чем от секса, удовлетворение - сытость разума, ни с чем не сравнимая радость и лёгкость души, и наполненность сердца любовью к людям, ради выздоровления которых он варит эти зелья.
Он закончил работу, пропустив обед, в восемь. От усталости подкашивались ноги. Он пошёл к себе, оделся вновь, как с утра. и вошёл в библиотеку. Гарри полулежал на диванчике и читал не маркиза, а оставленного Ремусом Диккенса, прочитав уже добрую половину "Копперфильда".
-А вы, значит, оба с Ремусом зачитываетесь старым добрым слегка наивным Диккенсом, - сказал Северус,  и только тогда Гарри заметил его появление. Он нашёл на журнальном столике закладку из кожи Нагайны, любимую игрушку Сева, и закрыл книгу.
-Что с тобой, Сев? Сядь скорее, - испуганно сказал Гарри.
-Если я сяду здесь, мне здесь же придётся ужинать, а я хочу  всё же поесть в столовой.
Просто я очень устал, любимый, форс-мажор сделал своё дело, но я горжусь собой - я справился.
-Но завтра ты отправляешься к нотариусу, я ведь уже сделал всё возможное со своей стороны. Иначе я не покажу тебе замечательный сюрприз, который я припас для тебя.
-Линки! Ужин по-китайски! Ласточкиных гнёзд не нужно, побольше специй, - приказал Снейп.
-Как перед нашей первой ночью… - мечтательно промолвил Поттер, - это что-то означает?
-Только то, что эта кухня самая тяжёлая и лёгкая одновременно. Сравни пельмени и рисовые лепёшки.
Они уже были в столовой, Гарри стоял позади стула Сева и гладил его волосы, перейдя затем к массажу плеч, изредка мягко и нежно целуя его сзади в шею.
Эти массаж и ласка были настолько невинными и нежыми, как в первые дни, о которых Северус уже стал вспоминать с ностальгией, что он решил мучавшую его дилемму в сторону "любви", а не "похоти". Только одержимый истинной любовью человек может быть таким нужным и нежным в один и тот же миг.
После обильного ужина, ведь Гарри тоже не стал обедать в одиночестве, решив ждать Сева до упора, они начали медленно и нежно ласкать друг друга, и Гарри снова залез к Северусу на колени. Их поцелуи были сухими, как прикосновения пальцев к уголкам губ, подбородкам, шеям, мочкам ушей, векам полузакрытых от неги глаз. Эти ласки ничего не требовали, не обещали перерасти во что-то большее. Северус и Гарри оказались в целом мире только вдвоём - нежные, усталые, утомлённые двумя сутками страсти, жестоко рвавшей их тела и выжигающей души. Тинктура вышла на уровень любви, и теперь Северус не боялся, что Свадьба была лишь предлогом для секса. Нет, она стала источником истинной, не рваной, спокойной и постоянной любви.
Потом они молча глядели на играющее пламя в камине,  Гарри лежал на ковре у ног Северуса и обнимал их.
-Словно Ремус-волк, - подумал Снейп, - боги, я и не замечал, как они внутренне похожи. Почему так вышло, что и друг, и возлюбленный проявляют себя так одинаково?
Интересно, - пришла в голову фривольная мысль, - а каков Рем в постели? Настолько же горяч и нежен? Думаю, нет. Скорее, мне не пришлось бы долго его упрашивать овладеть мной.
Фу, как низко я пал - находясь рядом с одним, думаю о другом в плане секса. Пошла вон, вон, противная фантазия.
Но она не ушла, напротив, Северус погрузился в неё настолько, что не услышал сразу , как Гарри позвал его принимать ванну, которую он уже наполнил для него.
-Спасибо, любимый, - сказал очнувшийся от грёзы Снейп.
-Да ты опять меня хочешь, Сев! О чём это ты, интересно, думал?
-О, эта… эрекция, я не помню, я задремал от усталости и сытости. Сейчас ванна мне поможет, добавлю больше успокаивающих трав, чтобы ночь была нежной.
Ночь действительно оказалась изумительной - уже хорошо выученные позы, дающие двойной эффект наслаждения от одновременных оргазмов, всё то же тянущее чувство Сева во входе, желающем принять в себя любимого, но не получающего ничего, кроме лёгкого поглаживания, новая поза, от которой они снова пришли в восторг, сон урывками и пробуждение от мягкого прикосновения к животу… - Северус был доволен. На утро его глаза лучились золотом, а сам он был прекрасен в одежде цветов дома Снейпов - свежий, чистый, источающий ароматы сухих трав, словно сошедший с Ренессансной картины в своём средневековом костюме, одетом специально для визита к нотариусу. Снейп всегда одевался торжественно при визитах к своим адвокатам, нотриусу дома Снейпов, роль которого передавалась в роду мистера Грейннинга из поколения в поколение практически чистой крови, немного испорченной вейлами, до которых были когда-то охочи его предки.
После завтрака Снейп одел зимнюю парадную мантию глубокого синего цвета и аппарировал.
На месте Снейп быстро и чётко изложил ситуацию и дал письменное разрешение предоставлять необходимые адвокату мистера Гарольда Поттера документы, касающиеся его, Северуса Ориуса Снейпа, происхождения и другие бумаги, ежели в них возникнет острая необходимость, по извещении мистера Снейпа лично. Северус дал свой маггловский адрес юристу и попросил его делиться всем, касающемся получения Дозволения на Венчание. На вопрос нотариуса о составлении завещания Северус ответил сухо, что ему ещё рано думать о таких делах, и распрощался.
Гарри ждал Сева с сюрпризом - копией своего завещания, такой красивой и наполненной магией печатей и вензелей.
Когда Снейп увидел, что было сюрпризом, он впал в какое-то странное состояние - потрогал заверяющие документ знаки, насладившись их магией, а затем внезапно отшвырнул документ прочь, будто ему стало неприятно касаться его.
-Сев, тебе не понравилось?
-Пахнет домом Поттеров, не люблю.
-Но, Сев, у меня же нет другого "дома" в твоём понимании. Конечно, магглы тоже создают династии, с некоторыми из которых считаются даже волшебники, но у меня - не тот случай. Мать происходила из самой обычной маггловской семьи.
Кстати, я аппарировал, пока тебя не было, на  Диагон Аллею и купил несколько номеров "Пророка", в том числе и нераспроданных старых, в надежде найти информацию о Захарии Смите.
-Возьми своё "Большое Завещание", юный Вийон, и храни его, а, впрочем, вместе положим в ящик стола в моём кабинете, а ключ я отдам тебе.
Так что же с Захарией?
-Его больше нет - он спрыгнул с высокого этажа в одном из домов Манчестера, своего родного города. Как ты говорил, всё и случилось - он боялся высоты и даже на уроках полётов старался быть поближе к земле.
-Когда  он?..
-Три дня назад, в пасмурное утро.
-Накануне нашей Свадьбы, - процедил Северус, - подлец, что б ему…
-А какое нам дело теперь, Сев?
-Это ритуальное жервоприношение накануне Королевской Свадьбы, да ещё и человеческое. Это могло духовным образом отразиться на нас, его убийцах, и в итоге вмешаться в состав тинктуры…
-О, Сев, умоляю, не надо во всём искать опасность для нашей драгоценной тинктуры. Я ведь знаю, что на венчание ты согласился так быстро тоже из-за неё, верно?
-Да. А ты хитрец, прямо, как Ремус, такой же проницательный.
-Боже, зачем я опять сравнил его с Ремусом, да ещё вслух? Я законченный глупец, - подумал Снейп в отчаянии.
-Сев, не будь занудой, зачем ты сравниваешь меня с рассудительным, сдержанным и в поступках, и в эмоциях, человеком? Мы не похожи, нет.
И, вообще, Сев,  я хочу, очень хочу покурить, словно бы это нужда какая-то, сосёт под ложечкой и тело ноет, очень хочется полетать… там.
-А если я опять скажу "нет"? Что тогда? Давай же, пересиль себя.
-Но я уже два дня не курил! Это же моя жизнь, пойми, я хочу просто побывать там, и всё, ничего страшного, чего ты так боишься, что даже Ремуса на меня натравил, это ведь ты рассказал ему об опиуме!..- кричал, спрашивал, не дожидаясь ответов, захлёбывался в истерике Гарри.
-Всё, я сдаюсь. Сейчас принесу.
…И снова было это пленительное перламутровое с лёгким багрянцем севшего Солнца небо. Наступала ночь...

0

65

Скажу честно, времени совсем нет, поэтому последние главы пока не читала, а бережно собираю в один файл. Чтобы потом прочитать сразу всё произведение. Надеюсь, это не очень огорчает уважаемого автора? Но с нетерпением жду окончания. Надеюсь, муза Вас не оставит.

0

66

dinara2302 А что, сессия или работа? Или всё вместе? Ну, что ж, в собирании глав и последующем их прочтении без разрывов во времени есть своя прелесть -всё равно, что роман читать.  :cool: А с какой главы Вы начали собирать мой "Роман"?
Надеюсь на Вашу рецензию по прочтении всего текста целиком. Действительно, очень бы хотелось знать Ваше мнение о прочитанном фике. :writing:

0

67

Глава 43.

Пришёл  вечер Полнолуния, и Ремус аппарировал к Северусу. Тот уже ждал, во всём чёрном, как всегда в эту ночь, и вынес фиал с Аконитовым настоенным зельем. Ремус, как было у них заведено, церемонно поблагодарил друга за его работу.
Они уселись ужинать. Гарри за столом не было, хотя сервировано было на троих.
-Где Поттер?
-Никак не может одеться после сна. Я накачал его лёгким снотворным, но оно подействовало на организм, подсевший на опиум, не совсем так, как планировалось. Сон получился мертвецкий - он проспал больше суток.
-А зачем ты опять давал ему курить? Он всё-таки попросил?
-Да, на следующий же день после разговора с тобой, но мне удалось сказать "нет", а вот позавчера… я сдался: он устроил настоящую истерику, а у меня от крика всегда болит голова - это остатки прошлой "работы"… вопли и мольбы пытаемых  у Лорда.
-Не закручивай с ним роман с Венчанием. Он - наркоман и не жилец.
-Я знаю, но хочу до конца быть с ним, даже когда он уйдёт в грёзы  насовем… ненадолго перед  смертью.
-Эта романтика совершенно тебе не к лицу, Север.
-Извини, друг, но есть ещё одно обстоятельство, которое придаёт мне надежду. Это алхимическая тинктура. Не буду долго погружать тебя в то, что это такое, слишком долго и нудно для не-алхимика. В целом, это некая субтанция, появившаяся в нас с Гарри после Алхимической Свадьбы, и она сначала нуждалась в нашем к ней бережном отношении, но, "установившись", она теперь сама поддерживает нашу связь, благодаря которой Гарри питается отчасти моей энергией, моим магическим потенциалом, в общем мной, как волшебником, но я -суть стихийный маг и могу подпитываться сам из любых стихий, поэтому для меня такой Гаррин "вампиризм" совершенно не опасен.
-Так что, ты и вправду так веришь алхимии, что доверяешь некой нематериальной эфирной субстанции свою жизнь?
-По-моему, она материальна, как кровь, лимфа, остальные жидкости тела. Я и Гарри, мы оба чувствуем её.
-Вы - сумасшедшие, но я не смогу тебя переубедить, Север, пока ты по уши влюблён. Ты потакаешь прихотям Гарри, ты хоть понимаешь, к чему… А, влюблённые не внимают голосу разума, хотя, как раз, на тебя-то это не похоже. Но любовь, такая страстная, как твоя - это диагноз. Пока что ты неизлечим, но время и твой избранник вылечат тебя без моих нотаций.
-Откуда ты знаешь, какова моя любовь? То, что ты видел тогда… что ж, это прошло. Мы уже умеем управлять чувствами, не давая им власти над собой, вот увидишь.
А вот и Гарри! Долго же ты!
-Простите, никак не мог справиться с сюртуком. Сев предложил мне одеть на встречу с тобой, Ремус, сюртук и мантию. Но у первого оказались такие мелкие пуговицы…
Надеюсь, вы не ждали меня? О, нет. Всё остыло из-за меня.
Северус разогрел ужин взмахом руки:
-А теперь, бон аппетит.
…Снейп проводил Гарри в библиотеку, трансфигурировал диванчик в большую постель и крепко обнял Поттера, целуя его.
-Глупыш, если бы ты не устроил мне истерику по "возвращении", мы были бы ещё две ночи вместе, я уже скучаю по тебе… а сегодня третья ночь без тебя.
-Я не поблагодарил тебя, Сев, тогда, когда ты успокоил меня снотворным, но сейчас мне намного лучше.
Он встал на колени перед Северусом, и они занялись друг другом.
Северус прокусил губу, чтобы не раздражать Ремуса звуками, но он знал, что ему нужно было бы облиться парфюмом, чтобы Рем не заметил запаха любви. А пока он положил Гарри на покрывало и вошёл в него, тот начал было стонать, но Сев грозно приказал:"Ни звука!",
и Гарри впервые пришлось кончать с Севом молча. От этого было как-то странно, будто не всё загаданное и желаемое сбылось, но ему пришлось сделать вид, что всё в порядке.
-Всё ради этого волка! - зло подумал Гарри, -  и вот кого Сев любит больше после этого? Переспал со мной, как с куклой, и теперь уходит от меня на всю ночь. К оборотню. Ненавижу Люпина.
В это время Ремус раздевался у себя в комнате, готовясь к трансформации. Доброй и Полной Луны сегодня не будет - всё небо затянуто дождевыми тучами, мерно изливающимися на продрогшую землю. Опять будет Рождество без снега. И где Север? А, любится со своим ненаглядным наркоманом и припадочным. Пусть его, всё равно ночью им не быть вместе, пускай спустят пары.
Всё, Северус идёт. Ремус прикрыл наготу рукой.
-Можешь не краснеть при мне, что я тебя, голым не видел?
-И всё же я - не Поттер. Вы что, не могли сначала раздеться? От тебя теперь всю ночь будет нести им…
-…И ты меня укусишь.
-Ты знаешь, что нет, но мне будет неприятно.
-У нас была четверть часа. Тут не до раздеваний. Если так уж противно, могу сходить перео…
Поздно. Трансформация началась.
…Большой головастый волк подошёл к хмурому бледному черноглазому человеку и медленно повёл носом, оскалился, зарычал утробно, но человек стоял, не шелохнувшись , то ли от страха, то ли от безраззличия к опасности.
Северус просто ждал, когда зверь пересилит и волк бросится на него. Он не сомневался, что, если сильный запах Гарри так разъярил Ремуса ещё до трансформации, то сейчас наступит расплата за собственную невоздержанность.
-Ну же, Ремус, только насмерть, прошу тебя, если ты меня ещё понимаешь.
Зверь тут же поджал хвост и опустил голову, словно принимая поражение в борьбе с этим загадочным человеком, от которого хотелось только одного - чтобы тот протянул руку и изящной кистью провёл бы по голове. Ремус подошёл и ткнулся носом в бедро Снейпа.
-А, всё-таки мы друзья! - радостно восликнул он и начал наглаживать волка по голове, почёсывая заветное местечко между ушами, по взъерошенной холке, бокам, спине.
-Пойдём-ка в гостиную. Прости, я не успел пожелать тебе Доброй и Полной Луны, когда ты был собой, но желаю сейчас. Позволь, Ремус, я сяду, - но волк зарычал, когда Северус уютно устраивался в кресле на всю ночь, - почему ты не хочешь?
Покажи как-нибудь. Движением ли, голосом ли.
Ремус направился в сторону библиотеки, потом завыл протяжно и повернул из коридора к двери в спальню Северуса и Гарри.
-Я не понимаю тебя, ты что, хочешь вместо Гарри в мою спальню?
Волк радостно завилял хвостом и "улыбнулся".
-Ремус, ты в своём уме? - спросил Снейп, подойдя к оборотню, - ну хорошо, только не вой так безутешно. Но учти, там запах Того-кто-тебе-не-нравится и его любви ко мне.
Хочешь ли ты туда по-прежнему?
Тогда пойдём.
Они вошли в спальню. Кровать была аккуратно перестелена Линки и покрыта пушистым пледом. Северус сел на кровать и во все глаза рассматривал волка с полу-человеческим разумом, исследующего комнату, нахмурившегося и поднявшего уши. Наконец, волк нашёл то, что искал - некий источник запаха, находящийся в старинном родовом сундуке, задрал лапу и… помочился на сундук.
-Ты что, Ремус, совсем от ревности с ума сошёл?! - заорал Снейп.
Да, в этом сундуке наша брачная одежда, которую ты видел на нас в первый твой вечер с нами, но зачем же так выражать презрение к традиции Свадьбы?
Я понимаю, ты не алхимик, но Гарри же смирился с моей одержимостю этой наукой за такое короткое время, а ты… у меня нет слов.
Ты хоть знаешь, что помочился на вещь тринадцатого века, принадлежащую моему роду, и я не могу избавиться от неё?
Да что говорить, ты мне в душу плюнул, друг, - медленно выговаривая последнее слово, высказался Северус.
Волк тотчас заскулил и поджал хвост. Вид у этой огромной мощной зверюги был таким побитым, что Снейп сказал ему:
-Ладно, последние слова беру назад.
Волк одним прыжком перелетел всю немалую спальню и примостился рядом с Сесерусом, на пледе.
-А, так ты хочешь, чтобы в этой комнате пахло тобой, а не Поттером? Хорошая идейка.
Они заснули рядом на пледе.Утром Северус проснулся рядом со спящим ещё голым Ремусом и отвернулся, чтобы не смотреть на чужую наготу. Но одного беглого взгляда, брошенного на него, хватило, чтобы возбудиться - он был хорошо и ладно сложен, с белой кожей, под которыми угадывались мышцы, расслабленные во сне, но больше всего Снейпа возбудил вид гениталий Ремуса. В одно мгновение он представил себе величину этого члена при эрекции, и ему страстно захотелось получить такое сокровище внутрь себя, чтобы, наконец, оказаться заполненным.
Снейп бросился прочь, в ванную, где ему через короткое время стало легче, и он вспомнил о Гарри.
-Он спит, наверное. Рано ещё.
Выйдя из ванной, он как мог отводил глаза от Ремуса и ему удалось безжалостно разбудить друга, чтобы он смог одеться у себя.
-Выпроваживаешь? - сонно сказал Рем, потягиваясь после трансформации, перенесённой, благодаря усовершенствованиям Снейпа, безболезненно во сне, - спасибо, что разделил со мной ложе. Ладно, не смущайся, румянец тебе не идёт, я ни слова не скажу Гарри. Я же твой друг.
А-а, так вот где я напрудил. Прости, Север, но я не мог пойти в туалет, а ты так рассердился, словно я изнасиловал твоего драгоценного Гарри. Ну, нашёл, по-волчьи, место, где запах посильнее и перебил его, пометил, значит. Да знаю я, что кобель, не ругай меня больше. Если тебе станет легче, ткни меня в это место носом.
-Не станет. Поэтому хватит тут сверкать своими красотами, и иди одевайся.
-А что, я - мужчина хоть куда.
-Вот именно, что хоть туда, - снова вернулся про себя к запретной теме Снейп.
-Ну, я пошёл. Дать вам время заняться сексом после одинокой ночи? - внезапно спросил Рем и так пристально взглянул прямо в глаза Северу, что тот быстро ответил, смутившись чего-то, какого-то странного нового чувства:
-Нет, утро есть утро.
Пойду будить Гарри.
Северус не спешил к Поттеру, давая себе немного времени, чтобы обдумать случившееся.
Да, он пожелал своего единственного друга., как любовника, впервые в жизни, и от этого ему было и тошно, и сладко, как, когда он кончал в ванной, представляя себя под Ремом.
Да, это было неправильно и стыдно, представить в роли возлюбленного друга, но в этом виновата  пустота, жгущая его каждую ночь с Гарри. Скорее бы Гарри избавился от своего комплекса пассивности. Тогда всё стало бы хорошо, и не пришлось бы кончать с именем друга, рвущимся сквозь изо всех сил сжатые челюсти и восстанавливать, остановившееся от внезапной силы оргазма, дыхание. Да, это плохо, но оно появилось, возникло за эту странную ночь Недоброй Полной Луны…
Теперь, когда всё в голове встало на свои места, можно идти будить любимого.
-Гарри, - рука Сева мягко скользнула по плечу, и в этот миг Гарри разомкнул зеленовато-голубые глаза, обведённые тёмными кругами.
-Я не спал, Сев. Только на пол-часа забылся, а он как завоет… Нет, я не от страха, я даже выходил из библиотеки, чтобы увидеть, что с тобой всё в порядке, но не нашёл вас  в гостиной. С тех пор маюсь головной болью - что с тобой, да как прошла ночь.
-Веселее не бывает, но я, хотя бы, поспал малость.
Северус посмотрел на Гарри словно бы новым взглядом - перед ним был на вид сильный, молодой, приятной внешности мужчина, весьма привлекательный в сексуальном плане, но… слабый духом, не способный даже попробовать изменить своим привычкам ради полного счастья любимого человека, к тому же, оказавшийся в постыдной наркотической зависимости.
А там, за несколькими стенами, был другой мужчина, ровесник, бывший враг, ставший лучшим другом, всегда готовый поддержать, помочь и словом, и делом, к тому же сильный духом и невероятно сексуальный девственник, нецелованный… оборотень - волк, проявляющий свою любовь и ненависть откровенно, по-звериному.
Северус был наполнен этими противоречивыми чувствами, не задумываясь, подарил молодому мужчине лёгкий утренний поцелуй и распорядился Линки насчёт завтрака.
Когда через час все вышли к завтраку, не было обычных шуток и приветствий Ремуса, подколов Северуса и весёлых замечаний Гарри. За завтраком все молчали, потом Северус решил разогнать тоску и позвал Линки за початой бутылкой красного стекла. Абсент был разлит в широкие, как воронка, бокалы на тонких ножках. Снейп лично произвёл каждому ритуал добавления жжёнки и предложил выпить за дружбу. Все молча чокнулись и отпили обжигающего напитка. Спирт, полынь, настой выжженных солнцем трав и цветов Прованса, всё это попало в кровь и разгорячило мгновенно.
-Как ты считаешь, Ремус, - спросил Гарри, - что сильнее - любовь или дружба?
-Как я понимаю, это провокационный вопрос, поэтому предпочту лишь отметить, что надо сравнивать не эти понятия, а их силу.
-Ну хорошо, тогда сравним силы моей любви к Севу и твоей многолетней дружбы с ним, - не унимался Поттер.
-Гарри, прекрати, это не та тема, о корторой нужно говорить сейчас, -  сказал Снейп, - давайте лучше поговорим о том, что мы все, к примеру, вечером пойдём в "Наваждение" за Гаррин счёт. Разве это не приятная тема?
В окно постучалась красивая сипуха мистера Грейннинга. Северус вскочил, как ужаленный, и бросился открывать птице окно.
-Я ждал, я чертовски ждал, - бормотал он, отвязывая небольшой свиток.  Потом посадил птицу на плечо и понёс на чердак, держа в руках крысу из морозильника.
Все снова молчали, когда Северус просмотрел послание нотариуса.
-Гарри,  - Северус подошёл к нему, и Гарри от неожиданной торжественности на лице Сева встал со стула.
Северус сказал, опускаясь на одно колено:
-Повторяй за мной, и да будет Ремус Джеральд Люпин нашим Свидетелем. Люпин тоже встал и подошёл к коленопреклонной паре.
-Я могу остаться на ногах?
-Да, ты можешь.
-Итак, Гарольд Джеймс Поттер, всею силою любви и желанием разума предлагаю тебе обвенчаться со мною и стать моим супругом пред людьми и Мерлином.
Гарри повторил слово в слово, изменив имя на своё.
Северус приложил руку к губам, словно поцеловал её, затем положил на сердце и протянул Поттеру. Тот повторил движения Северуса , и их руки соединилсь.
-Свидетельствую о намерении высокородного Северуса Ориуса Снейпа, Его Светлости, соединить судьбу с низкорожденным Гарольдом Джеймсом Поттером, а также обратное.
Гарри и Севррус поднялись с колен, и Поттер первым делом спросил :
-А обязательно было указывать происхождение будущих супругов?
За Ремуса ответил Снейп:
-Да, это входит в традицию помолвки без колец со Свидетелем. Ремус сам невысокого рода, к тому же он - изгой, его имя и изображение выжжено с фамильного древа Люпинов, так же, как это было с твоим крёстным, Гарри.
-Эти фамильные древа… Терпеть не могу.
-Успокойся, тебя нет на древе Поттеров, ты - полукровка, а род гордится своей чистотой, - успокоил Сев.
-Ну и слава Мерлину, что я не числюсь ни в каких родах. Значит, я тоже изгой, как и ты, Ремус.
-Но после Венчания я собираюсь принять тебя в род Снейпов, и после магической церемонии в далёком отсюда замке на фамильном древе Снейпов появится и твоё изображение, как моего супруга.
-Ты с ума сошёл, Север, принять полукровку, да ещё мужчину, как супруга, в высокородный дом Снейпов?! Одумайся, пока не поздно, не порочь и так вымирающий род напоследок.
-В чём-то ты прав, а, к чёрту, ты прав во всём, Рем, но я так хочу.
-Тебе мало венчания с полукровкой - Героем? По-моему, этого достаточно.
-Да достали вы уже меня из-за моего долба… извините, нечистокровного происхождения. Я не отрекусь от матери!
-Даже если бы трижды отрёкся от неё, как Пётр от Христа, ты не перестал бы быть её сыном, сыном магглорождённой, - сказал резко Снейп.
Гарри покраснел из-за такого сравнения, а вот Ремус ничего не понял, но спрашивать не стал - он догадывался, что это из маггловского мифотворчества.
-Это не миф, Ремус, - внезапно, как ворон, блеснув бледным острым профилем, сказал Северус, - тебе обязательно надо прочесть эту Книгу. Она о лучшей правде, чем придумали волшебники, поверь.
-Ты вторгся в мои мысли?
-Отчасти. По-просту, я их услышал, вы оба думаете очень громко потому, что злы на всех и вся,  и у каждого есть и причина, и повод. В общем, для исцеления предлагаю напиться абсента, а потом, пьяным, заявиться в наш заветный угловой кабинет, поесть хорошенько и выпить Малфоевского вина на брудершафт: тебе и Гарри.
Как вам обоим мой замечательный план? Только, прежде, чем отвечать на мой вопрос - всем допить рюмку абсента. Там, внизу, самое вкусное - жжёнка со спиртом.
-За адвокатов и нотариусов! - провозгласил Ремус. Они снова чокнулись и сделали по большому глотку, выпив абсент со жжёнкой. Это было неописуемо вкусно - сладкий, чуть с горчинкой, вкус почти растворившейся жжёнки, лежащей комочком на дне бокала, вкупе с терпким настоем зелёной крепкой жидкости. У всех закружилась голова, и перед глазами заплясали разноцветные огоньки, в мозгу словно кто-то или что-то шевелилось, раскрывая там всё больше и шире центр опьянения. Наконец, они пришли в себя.
-Я словил г...глюки, -  заикаясь, сказал Поттер, - эт...то точно.
-Гарри, ты хотел сказать, у тебя была лёгкая галлюцинация, - поправил его Северус.
-Ну да, ойёёё, моя голова щас треснет на фиг.
-Гарри, прекрати говорить на этом отвратительном жаргоне Ист-Энда.
-Не знаю я никакого Ист-Энда, только вот захорошело мне не по-детски. Сев, да так же все в Школе говорили, успокойся ты.
-Ты уже давно не студент, а взрослый мужчина - так держи себя в руках, как положено магу. Соберись.
Ремус сидел тихо, а потом сказал:
-Север, наливай ещё, мне понравилось И побольше жжёнки, я хочу слегка сладкого абсента, хоть это и не по правилам. А какие смешные огоньки после него, и в мозгу будто щупальца какие появляются.
-Так мы идём в ресторан? - ещё раз спросил всех Северус.
Частые кивки головой были ему ответом.
…Они допили бутылку на двоих.
Гарри, ослабленный приёмами опиума, резче и дольше находился в неадекватном состоянии уже после второй рюмки. Он ловил кайф.
-Жаль, Гарри отключился так быстро, - сказал Ремус, поймав последние огоньки лёгкого кайфа и встретившись с пылающим неприкрытой ничем страстью в чёрных блестящих глазах Севера, где-то в глубине которых играло, переливаясь, жидкое золото.
Ремус сначала целомудренно отвёл взгляд, но его манило то, что светилось в глазах друга. Друга? Страсть в глазах друга - это не правильно, он не должен отвечать таким же страстным взглядом, о, боги, нет, только не это… возбуждение охватило Рема от немигающего, гипнотизирующего взгляда Севера, и он ответил, ответил таким же обжигающим светом, струящимся из необыкновенных каре-жёлтых, волчьих глаз. Север увидел напряжение тела Рема, понял его происхожднеие, и оттого ему захотелось соблазнить друга немедленно.
-Пойдём к тебе, - прошептал он.
Ремус отвёл свои глаза от взгляда Севера, вперив их в пол и решив больше не поддаваться на жестокие шутки пьяного друга, сказав громко:
-Это неудачная шутка, дружище.
-Глупец,  - прошипел от злости Снейп, - ты не отличаешь шутку от…
-Да, от чего, от твоей мимолётной прихоти? Не верю даже в это. Я - твой друг, а ты просто пьян, как и я. У нас всё равно бы ничего не вышло - ведь я не хочу стать жертвой пьяной похоти на двадцать минут или сколько там тебе надо, чтобы кончить несколько раз и удовлетвориться мной.
Извини, я вынужден говорить жестоко, чтобы ты быстрее пришёл в норму, а то я не могу видеть тебя таким.
-Каким? Похотливым козлом?
-Да! Да! Да! Перестань, наконец, строить мне глазки в присутствии человека, с которым ты решил венчаться и даже имеешь абсурдную мысль запечатлеть его на фамильном гобелене.
-Даже если этот человек сейчас, как говорится у магглов - "не от мира сего"?
-Да, но не ты ли говорил мне вчера на этом самом месте, что хочешь быть с ним до конца? Уже забыл?
-Нет, и я буду с ним до конца.
Прости меня, Рем, на меня с утра стало находить некоторое наваждение, касающееся тебя, вернее, нас с тобой… С тех пор, как я увидел тебя совсем нагим после трансформации.
Кажется, я выбрал не того мага для Королевской Свадьбы, - сказал он последние слова почти шёпотом, - но давай об этом позже, - закончил он во весь голос, видя, что Гарри смотрит на них непонимающими глазами, но находится уже в сознании.
-Мерлин, Север сегодня сам не свой - это  ему сперма в голову ударила от трёх ночей подряд без совокуплений с Поттером, вот его либидо и отыгрывается на мне. Иначе, как все эти взгляды и недомолвки объяснить? Боги, ну почему все шишки падают на меня, а плоды достаются Гарри? Я же люблю Севера и, когда он предложил пойти с ним… я не знаю, что удержало меня, наверное, моя полная невинность в вопросах секса. Я ведь даже целоваться "по-взрослому" не умею, а Север просто срочно хотел соития, и тут попался я ему на глаза… Да, какие у него глаза во время страсти, и это что-то странное золотое на дне зрачков. Раньше он так смотрел только на Поттера и, давно ещё, на Тонкс. Я помню, она рассказывала, как он преображался в её близости, он ведь даже целовался с ней, и ей нравилось, но позже ей захотелось большего, как и всякой девушке, а Север не мог ей ничего дать, и она поняла его и приняла таким, каков он есть. Хотя, кто знает, почему она всё же выпила, предупреждённая Севером, яд? Может, дело было не в том, что она действовала по приказу Альбуса, а по другой причине. От которой обычно и травятся - от несчастной любви? Она ведь была очень романтичной и экзальтированной особой. А тут такая красивая ситуация: возлюбленный сам подносит ей яд, предлагая смерть с вечной памятью о нём в Посмертии или жизнь, лишённую первой, и от того, такой своенравной, любви…
-Пора идти, мальчики, - сказал Снейп, до этого монотонно объясняя Гарри, кто он и где находится, и кто здесь кто, в общем, возвращая будущего супруга на грешную землю.
Все мы одеты не более, чем просто прилично, но для "Наваждения" нужно переодеться во что-нибудь этакое.
Рем, у тебя есть одежда пошикарнее?
-Конечно, я же знал, что мы туда завалимся.
Ремус был рад, что Север вырвал его из собственной памяти, хранящей ещё и не такое…
Но трагедия с Тонкс и последующая единственная за всю жизнь попытка самоубийства Севера - это отложилось в памяти, как живая магическая картина. Интересно, что он придумает учинить  над собой после смерти Поттера? Да, придётся на время переселиться к нему, но это потом, а сейчас - вот эта белая рубашка со стоячим воротничком, жилет оттенков полу-сладкого белого вина, под цвет глаз,  да, Север оказался настолько любезен, что приказал Линки повесить в ванной тот самый заколдованный золотистый шёлковый халат… и неформальные тёмно-коричневые, чёрные просто не подойдут, брюки. С ботинками на тон темнее, почти чёрными, скажем, тёмно-гнедыми. Так, осталось выбрать пальто: или коричневое с багровым кантом или строгое классическое чёрное. Красный сюда совершенно ни к чему, пусть будет чёрное. Они с ботинками составят хорошую пару.
-Я жду в холле! - крикнул Ремус. Его услышали.
Север отзвался:
-Уже идём.
Гарри был одет, по возможности, как можно более по-маггловки - в чёрных брюках, зелёной  рубашке и тёмно-зеленом в изысканных узорах, жилете. Ремус не знал, какие воспоминания связывают Северуса и Гарри с этой, простой, в общем-то, одеждой, правда, не без доли роскоши. Это был первый дар Гарри от Сева.
Северус был в своей единственной маггловской одежде  - белая рубашка, и пиджачная пара глубокого, как ночь в январе, чёрного цвета. Вдобавок к этой изысканной простоте, за которую была выложена сумма месячного оклада Ремуса в одном из наиболее утончённых в своей респектабельности бутиков Уэст-Энда, где одевались маггловские политики высокого ранга, вплоть до премьер-министра Соединённого Королевства, прилагался модный в нынешнем сезоне строгий галстук. Снейп умел в любой одежде выглядеть, как пришелец из прошлых веков, поэтому более всего ему шла классическая, отобранная веками, одежда волшебников плюс сюртук, который появился в роду Снейпов в шеснадцатом веке, да так и остался обязательной деталью одежды, как домашней, так и парадной. Но этот маггловский костюм также подходил ему безупречно. В нём он казался профессиональным артистом, какие есть у магглов, играющие в особых "театрах", исполняющие роли других магглов, волшебников и даже животных. Вот только чью роль играл сейчас Северус?
И Гарри, и Север облачились в одинакового покроя мантии-пальто, придуманные Снейпом в маглесе, только у Снейпа пальто было ещё тонким, осенним, а у Поттера - зимним, прекрасного зелёного оттенка, из необычной на вид маггловской ткани, делающим из Гарри красавца.
А, может, Север влюбился в Гарри просто по физическому влечению? Вот, допустим, опуская сегодняшний день, у Севера ко мне нет сексуального желания, а к Гарри - полно, и он его реализует. Но вот для чего эти Алхимическая и магическая свадьбы? Он отмахнётся своей "тинктурой". Уверен, что Поттер тоже не понимает, что это такое, и "чувствует" её только благодаря постоянному напоминанию о ней. Тогда между Снейпом и Поттером  нет ничего общего, кроме совместного проживания и секса. Но сексуальное влечение, если его расходовать горстями, скоро заканчивается. Никогда не видел среди своих взрослых студентов пар, продержавшихся на сексе больше полугода… Пол-года - это же время обоих браков Поттера с женщинами. Интересно, Север тоже впишется…
Нет, Поттер умрёт раньше, это очевидно. Если, конечно, не случится чудо, настоящее волшебное чудо, какими так беден магический мир.
Странно, всех, кого Север любил или любит, он сам обрекает на смерть… Нечто фатальное есть в этом маге с его вечными и неиссякаемыми подручными - стихиями.
-Ремус, ты так и будешь играть в молчанку всю дорогу? - спросил Гарри. Сейчас его глаза казались малахитовыми.
-А что, я пропустил нечто важное?
-В общем-то, не особенно, за исключением поддержания культуры общения, - съязвил Север, - кажется, мы втроём собрались в ресторан и хотели поболтать ни о чём по пути, а ты молчишь, как рыба, и сопишь, как бульдог.
-А разве вам уже скучно вдвоём или вы предпочитаете общаться при других обстоятельствах и в другом месте?
-А ты язва, - сказал Снейп, неужели ты думаешь, что мы разговариваем с Гарри только в постели и только междометиями?
-Заметь, я этого не говорил.
-Ты сказал практически то же самое, - горячо вмешался Гарри, - зачем ты взъелся на меня, ты же сам говорил, что не соперник мне?! Ой, кажется я ляпнул лишнее, Ремус. Извини.
-А мне стало интересно, раз зашёл хоть какой-то разговор, правда, опять с сексуальным подтекстом. Так вы что, меня делили?
-Нет, Сев, речь шла о том, что я - не соперник Ремусу как твоему единственному другу. И нет здесь никакого такого подтекста - ты же не собираешься говорить об общих профессорских знакомых или обсуждать поведение миссис Помоны Спраут за столом со мной? И точно так же ты не целуешься с Ремусом и, вообще…
-Вообще, что? - резко спросил Люпин.
-Вообще не собираешься спать с ним, правда, Сев?
-Ну-у, в обозримом будущем скорее нет, чем да, - важно посмотрев при этом на Ремуса влажными от ветра золотыми глазами, сказал Снейп.
-Эй, дружище…
-Но, Сев, - раздались единогласные упрёки.
-Знаю, что безнравственно, но, посмотри на Ремуса, Гарри, он же - красавец мужчина, а я люблю мужчин, а ты, в свою очередь предпочитаешь мне кальян. Так кто из нас более безнравственен, я или ты, Гарри? Ремус здесь ни при чём, я сказал бы так в компании того же Драко.
-А, ну, если я ни при чём, помолчу потому, что по поводу кальяна я уже высказывался и напрасно. Больше не буду до самого "Наваждения" вмешиваться в ваш любовный треугольник: Северус - Гарри  - Его Величество Кальян. Но предупреждаю - эта проблема вам не по зубам, а справиться с ней в одиночестве, как положено достойному волшебнику, мистер Поттер, видимо считает ниже себя.
-А что может сделать этот попавшийся в собственную западню "мистер Поттер"? - отчаянно спросил Гарри.
-К примеру, обследоваться у колдомедиков. Тебе, наверное, потребуются хорошие целители душ, что ж, я могу взять на себя труд познакомить тебя с одним из специалистов высочайшего классса. У него собственная клиника, специализирующаяся на опийных наркоманах.
-Я -не наркоман, я просто люблю покурить.
-Вот эта любовь и твоя зависимость от частоты непопадания в мир Немёртвых, заметь, я говорю, непопадания, когда тебе физически надо покурить, тело и голова требуют, тебе плохо даже рядом с любимым человеком, да тебе просто наплевать на него в такие моменты, - всё это - наркомания.
-Рем, у тебя есть такой знакомый целитель душ? Понимаешь, я хотел пойти с Гарри к маггловскому врачу, но плохо разбираюсь в их специализации, а у магглов она значительно более детальная, чем у волшебников. Медицина магглов устроена так, что врач определённой категории лечит только одну болезнь или недуг, а не как наши колдомедики - целый спектр заболеваний, происходящих из единого корня.
Я прошу тебя - свяжись с ним. После Венчания мы сразу же займёмся проблемой Гарри.
-А как же медовый месяц? - капризно заявил обиженный Поттер.
-Будет тебе хоть медовый год, хоть медовая жизнь, только бы ты бросил опиум. Пойми, Гарри, первоважнейшая задача - освободить тебя от наркотической зависимости.
Ну вот, мы пришли.

0

68

Собирать стала после того, как Вы ушли с АБ. А сейчас я просто далеко от дома на заработках, в инет могу попасть не так часто, как хотелось бы. Успеваю только интересующие меня тексты на флешку скинуть, а то потом будет неразгребстись. Ну а на рецензию после прочтения можете рассчитывать.
Простите, если влезу не в своё дело, но Вы не думали выкладываться где-то ещё, кроме как на АБ? Мнение одного модератора ещё ничего не значит. Жаль, что почитать Вас теперь можно только здесь. Мне кажется, текст достоин того, чтобы его могли прочесть многие.

0

69

dinara2302Спасибо за инфо.
A где ещё можно поробовать выложиться?! Пробовала на Снейпятник, но меня вежливо заывернули с просьбой исправить орфографию, и это в моём-то читанном-перечитанном, вылизанном тексте! Я понимаю, что у них своя тусовка, и новичков туда пускают крайне неохотно, по крайней мере, должна быть известная бета, а у меня и её -то нет, как Вы видели.
Я тоже хочу, чтобы меня читало большее количество народа, но куда пойти новичку, да ещё без беты?! Все тёплые места давно оккупированы.
Может, подскажете?
Заранее спасибо за обещанную рецензию - надеюсь, у Вас будет время её написать, отвлёкшись от заработков на энное время:))
С искренним уважением, остаюсь,
Сира Сова.

0

70

GrayOwl
Несомненно, самый многочисленный и читаемый ресурс - http://www.hogwartsnet.ru/fanf/
Почему бы не выложить фанф там?

0

71

Samira Милая Samira! Наконец, Вы зарегистрировались , да ещё с замечательным советом, проверить который вчера не удалось, так как раздел Фанфы "лежал". Ну, это и понятно, полезла-то я на него только ближе к 23-ём, а там, видимо, был самый наплыв посетителей. Погляжу сегодня утром.
Ещё раз спасибо.
Ваша Сира Сова.

0

72

Глава 44.

Вышколенный метрдотель не смог сдержать удивления при виде вошедших.
-Господи Боже, и мне обслуживать и улыбаться этим извращенцам?! - возмутился он внутренне, но, кроме мимолётного косого взгляда, вошедшая троица получила-таки лебезящего метрдотеля и свой угловой кабинет.
-Они пришли, ну, этот еврей или араб со своим мужиком, привели того молоденького, с которым этот вот мужик в прошлый раз… - запутался несчастный служащий, но шеф-повар всё же понял его:
-Они заявились втроём в уговой кабинет, так что ль?
-Ну да, я теперь смекаю, кто этих пидоров-извращенцев обслуживать у меня будет?
-Ну, может, они просто друзья, а не извращенцы, хоть и пидоры? - предположил добрый помощник шеф-повара, круглый ирландец.
-Да ты просто их не видел, О`Бри - у чернявого-то глаза как горят! Как у Сатаны, помилуй Бог!
И этот молоденький - юркий такой.
-А третий? Ну, мужик-то этот с жёлтыми глазами, как у собаки?
-Он-то спокойный, пожалуй, единственный из всех.
-Значит, отправляй к ним Дэна, у него язык хорошо подвешен.
-А они ему ничего не сделают?
-Боб, они же не в бордель пришли, а в "Наваждение". Здесь не принято приставать к официантам, - разрешил шеф-повар все сомнения метрдотеля.
Послали Дэна. Тот уходил нервный, накрученный. как спираль, готовая вот-вот лопнуть.
…Трое мужчин расселись, повесив пальто на изящную, но прочную вешалку, и вольготно расположились в удобных стульях с полукруглой мягкой спинкой и подлокотниками, напоминавшими, скорее, кресла. Всё в кабинете указывало на интимность обстановки, которую осталось лишь подчеркнуть его посетителям остроумной, интересной беседой за вкусной натуральной едой и изысканными напитками. Кабинету не шли ни водка, ни виски, ни, даже, абсент, которого, впрочем, в карте вин не было. Здесь правило вино во всём его многообразии.
Его-то и заказали для начала, пока будет готовиться еда. Принесли французский апперитив.
За первой бутылкой Гарри продолжал искоса посматривать на Ремуса и обиженно - на Сева, совершенно его игнорирующего и ведущего беседу о Школе с Люпином. Они обсуждали преподавание Зелий и, особенно, Продвинутых, для которых даже взяли особого профессора.
-Знаешь, профессор Лонгботтом не справляется с Продвинутыми Зельями лишь из-за присущей ему медлительности. Он так кропотливо ведёт занятия и проверяет затем эссе студентов -младшекурсников, что у него физически нет времени для написания собственного плана  занятий со студентами, прошедшими С.О.В. по его предмету, ведь ни ты, ни пофессор Найджел не собираетесь делиться с ним своими конспектами, хотя для тебя, Север, это не составило бы труда, право. Школе тяжело содержать двух профессоров Зельеварения.
-Так пусть Невилл уйдёт, и со всеми курасми будет заниматься этот, Найджел
-Профессор Найджел преподавал в Университете до того, как попасть в Школу.
-Отчего же он ушёл оттуда?
-А вам не надоело, как двум старым девам, перемывать косточки человеку, которого ты, Сев, даже не знаешь?
-Но мне интересно всё, связанное с моей бывшей работой. Семнадцать лет преподавания  не выкинешь так просто из души и памяти, Гарри.
-А мне, значит, должно быть интересно третьим лишним в вашей высоконаучной беседе.
-Потерпи, Гарри, лучше выпей, расслабься, послушай трёп двух стариков, - поддразнил Ремус, - мы скоро закончим, мне осталось только одно: убедить Севера вернуться преподавать в Школу.
-Но ведь ты не поддашься, а, Сев? - с тревогой спросил Гарри.
-В моих ближайших планах этого нет и не может быть, пока мы не решим твои личные и наши общие семейные дела.
-Ты что, хочешь вновь учить лоботрясов и тупиц, которые не могут "закупорить смерть" даже перед Т.Р.И.Т.О.Н.?
-Гарри, хочешь, я закажу тебе три бутылки шампанского за свой счёт, только дай мне поговорить с Ремом? Поверь, это очень важно для меня. Ты ведь меня любишь? Ну так, потерпи немного ради будущего супруга.
-Да, закажи мне шампанского с икрой, - заявил Поттер.
-Извини, Гарри, но я не взял с собой денег на икру - мы ведь собирались кутить за твой счёт, не так ли?
-Тогда я сам закажу её себе, а вам и ложечки не дам, - по-детски зло и наивно высказался Гарри.

-Да что с ним такое? Я его не узнаю, словно это не Гарри, а другой человек. Таким он стал после истерики по "возращении" отттуда, когда он кричал и бился в конвульсиях от того, что не увидел этого своего лилового Солнца. Тогда-то и пришлось дать ему снотворного зелья, - подумал Северус, - а-а, он же не курил уже третил день. Наверное, дошло до поведенческих изменений. Боги, не дайте ему сорваться так быстро, когда едва забрезжила надежда.
-Так я не могу понять, Север, что ты так вцепился в свои знаменитые во всех европейских Школах  магии и волшебства конспекты? Это профессиональная гордость?
-Объясняю: все мои "конспекты" давно вышли трёхтомником, где последний том целиком посвящён Продвинутым Зельям, и эта книга переиздаётся ежегодно. Я просто не понимаю проблемы Невилла - ему, что, некогда просто пролистать учебник, по которому следует обучать студентов, так как он входит в программу для подготовки к сдаче Т.Р.И.Т.О.Н.?
-Север, зачем ты обманываешь лучшего друга? Я видел твои рукописные конспекты и помню, что они полны комментариями, дополнениями,"Nota bene" и другими пометками. Всё это, конечно не вошло в книги.
-Не вошло. Но это был элемент моего личного пространства, творческого подхода к преподаванию, наконец, моей отдушины в тогдашней беспросветной жизни шпиона.
Да, я был строг на уроках и получил немало обидных прозвищ, но я учил, учил, а не просто готовился по написанному. И ты хочешь, чтобы я, как художник, мазок за мазком создававший целостную картину, отдал всё разом этому недотёпе Невиллу?
-Прости, я понял, Север, для тебя это - личное, а, значит, неприкосновенное.
Давайте поговорим о чём-нибудь ещё, интересном для всех нас, - предложил, наконец, Ремус, обращаясь больше к Гарри, чем к Северусу.
-А я допил вторую бутылку, - сообщил раскрасневшийся Поттер, - я сам догадался, как вызвать официанта. Кстати, вы заметили, что он нас боится, особенно тебя, Ремус?
-Нет, я вообще не заметил его во второй раз, когда он приносил твой заказ. А почему ты не заказал икры?
-Вас пожалел. Я бы её за милую душу схавал, а вы бы только слюнки пускали, люблю я её очень.
-Во-первых, отбрось этот отвратительный ребячий жаргон, а во-вторых, почему ты мне раньше не сказал, что любишь икру? Я бы купил её тебе в гипермаркете потому, что в "нашем" супермаркете её точно нет.
-Хватит меня баловать, Сев. А здесь можно курить? - внезапно спросил он.
-Что? - взвились и Северус, и и Ремус.
-Да ну вас, я хотел сигару, а вы…
-До еды не принято курить сигары. Сейчас поедим и кури себе на плохое здоровье потому, что я закончил исследование табака. Дрянь это, и привыкание вызывает, но не совсем наркотическое, хотя и очень навязчивое. Рак не провоцирует - магглы зря пугают друг друга. Но вызывает даже тактильное привыкание - привычку держать  в руках что-то, содержащее табак. В маглесе существует множество форм и размеров предметов, в которые помещают табак, у магов прижились маггловские сигареты, такие, как эта - он сотворил себе сигарету, Ремус поморщился, - извини, друг, я покурю немного, знаю, что запах сильный, пожалуйста, - и снова взглянул на него из-под ресниц тяжёлым, зовущим взглядом, - можно?
-Да можно, только не смотри ты так на меня, невозможно стерпеть.
-А я этого и добиваюсь.
-Эй, вы о чём?
-О табаке, Гарри. Так вот, такие, как эта, и сигары для высшего света. Никаких переходных форм типа сигарилл, дамских сигарет, нет трубочного табака.
-О, наконец-то, какая красота,  а запах от этой утки…
А мне подвиньте устриц, молодой чек, и ещё два бокала для шампанского. А это унесите, замените ведёрко.
Стойте, куда же Вы, такой хорошенький?
-Гарри, перестань, здесь не принято так шутить.
-Прошу прощенья, мистер Как-Вас-Там, вот, возьмите, - Гарри сунул в передник отшатнувшемуся было Дэну купюру, даже не рассмотрев её.
Примите заказ на вина. Дайте карту. Кто будет заказывать первым? - спросил он остальных.
-Я, - ответил Ремус, - за вина, как и в прошлый раз, позволь отвечать мне.
-Пра-а-шу.
Ремус достаточно быстро выбрал самые подходящие к выбранным блюдам вина и сделал заказ.
Северус нервно курил вот уже третью сигарету, боясь подтверждения вынесенного им для Гарри диагноза и получая его, как в случае специально разыгранного  "приставания" к официанту.
Ремус ждал, когда Север накурится, чтобы в помещении стоял не такой сильный для его чувствительных ноздрей запах табака. Он видел, что Север  чем-то сильно огорчён, но вот почему он не перестаёт заигрывать с ним, Ремусом? Хочет позлить своего любовника? Но тот, кажется, ничего не замечает…
-Север, заканчивай дымить - есть хочется.
-Ну так ешь, - невозмутимо ответил тот, доставая из воздуха следующую сигарету.
-Север, я не могу есть в накуренном помещении. Здесь пахнет не едой, а табаком, к твоему сведению. А этот запах подавляет аппетит.
-Извини, Рем, что ж ты не сказал раньше? Я пойду в курительную.
-Наконец-то, - просипел, будто сорвал голос, Поттер, - а то мне, видите ли, курить нельзя, а сам дымит, как "Хогвартс -Экспресс" перед отправлением.
-Я пошёл, - сказал Северус, сотворив себе пачку сигарет и сделав зажигалку из зубочистки, -  да, это хорошая идея - покурить всласть среди таких же, как я… Кстати, мою долю шампанского можете резделить между собой - у меня нет желания его пить. Я дождусь вина, заказанного Ремом.
Он вышел. Через пару минут появился официант, уже не испуганный, а довольный, видимо, чаевыми, которые ему достались.
Он принёс шампанское в ведёрке и три бутылки вина различных сортов и стран.
-Вам включить кондиционер, а то у вас накурено? - предлжил Дэн, на что оба мага посмотрели на него и ничего не сказали, - тогда включу, чтобы кабинет побыстрее проветрился.
Он вышел, и тут же внутри что-то глухо, еле слышно, загудело.
Северус вернулся, утомлённый бесконечным курением, когда уже доедали основное блюдо - утку, а Ремус рассказывал "страшную тайну Северуса Снейпа" - об утке в клюквенном маринаде.
Север посмеялся раскрытию "тайны", пообещав после Венчания угостить Гарри деликатесом, а Гарри пожурил того за сокрытие "тайны" перед почти что супругом. Выпили третью бутылку вина, и стало ясно, что теперь настала очередь "цирка" с сомелье и Малфоевскими винами.
Сегодня Рем особенно изощрённо выбирал вина под настроение почти трезвому и напряжённому Северу. Первая же бутылка дала результат - Север откинулся на стуле, сложив худые, но сильные руки зельевара на полокотниках и держа бокал обеими сразу, в переплетении пальцев. Он пил сегодня на удивление мало, и после того, как все насытились, а он съел лишь немного супа, снова начал курить.
-Север, давай я отвлеку тебя от курения рассказом о том, почему профессор Найджел покинул Британский Университет Магии ради Школы, ты вроде бы интересовался.
-Хорошо, Рем, намёк понят, и я прекращаю курить: эта - последняя. Рассказывай.
-Всё очень просто - он был уволен из Университета за аморальное поведение. Да, он спал со всеми подряд: преподавательским составом, студентами и студентками, он бисексуал, причём абсолютный. Но вот дело дошло до беременности студентки. Он отказал в отцовстве. Родители девушки заставили её сделать тест на отцовство, он же не хотел сдавать свою кровь. А дело было в маглесе потому, как и он, и она - магглорождённые. Родители девушки пригрозили незадачливому производителю подать иск за изнасилование в полицию - местный Аврорат, только без пыток. Конечно, никакого изнасилования не было, это только пугало для профессора.
Так вот, он уволился из Университета, не желая официально заводить ребёнка от случайной девушки, которую он вовсе не любил, лишь желал плотски.
И Минерва не нашла на всём белом свете никого лучше этого развратника, позвав его в Школу на должность…
-Я всё понял, но он же растлит кучу подростков! С его-то наклонностями…
-Всё дело в том, что он, прийдя в Школу, "замёл хвосты" - он ушёл из маглеса насовсем, поменяв мир, в котором ему теперь жить за один документ:  "О нерастлении несовершеннолетних учащихся обоего пола ШВМИ "Хогвартс"". Теперь, если он нарушит договор, ему предстоит вылететь обратно в мир магглов, где его разыскивает местный Аврорат, как преступника.
-Я не доверил бы такому человеку даже роль наставника. Тем более, он низкого происхождения. Лонгботтом, по крайней мере, чистокровный маг.
-Он ещё и декан Слизерина.
-О, боги, нет, этот слабый маг - декан моего бывшего факультета."Змеёныши", наверное, совсем распоясались под его "руководством".
-Как раз, наоборот: они ввели у себя самоуправление - старшекурсники составляют некий совет, к которому может обратиться любой Слизеринец со своей проблемой, а совет решает её, а если надо, действует, как в случае защиты одного третьекурсника, на которого Гриффиндорцы объявили настоящую охоту. Совет в полном составе встретился с нападавшими, спросил у них, в чём причина их недостойного поведения, те не нашли, что сказать, тогда один студент из совета предложил магическую дуэль с любым из агрессивно настроенных противников и получил ответ от одного из них.
Они сражались, как взрослые маги, оба - семикурсники, ночью на квиддичном поле. Я был в курсе событий, но дал им развиваться, как есть. Проблему надо было решить окончательно. И хотя они могли пострадать в ходе дуэли, я наблюдал  с моста за их поединком, готовый в случае необходимости немедленно вмешаться.
Слизеринец выиграл, нанеся сопернику Ножевое Проклятие, и сам доставил его в лазарет.
Они - настоящие рыцари, твои Слизеринцы.
-Да, я горжусь ими теперь.
-Слезеринцы - рыцари? - Гарри картинно засмеялся, запрокинув голову, так что был виден его кадык, - никогда не поверю. Это Невилл их так выдрессировал.
-Невилл, к твоему сведению, Гарри, даже не знает о совете, который избирается ежегодно в сентябре всеми Слизеринцами, старше второго курса, из выдвинутых ими же кандидатур. Голосование тайное, как теперь в Уизенгамоте. 
-Рем, я просто счастлив слышать такое о своём, к сожалению, уже бывшем, Доме.
Благодарю тебя за рассказ.
-Видишь, Север, ты всё же сожалеешь, что больше не декан Слизерина.
-Да, признаться , иногда мне вновь хочется добиваться взаимопонимания с подростками, руководить ими, защищать. Но при сложившейся, благодаря Лонгботтому, ситуации я уже не  нужен им. Они прекрасно управляются сами.
-Север, это всё же дети, пусть и почти совершеннолетние, а среди них есть и такие, но им нужен, как бы это выразить, наверное, отец. Да, они избрали совет, но они - безотцовщина, а ты смог бы быстро завоевать их сердца и стать для них таковым. Уверяю, им очень одиноко одним.
-Не знаю, не знаю, Рем.
-А ты, Гарри, что молчишь? - спросил Северус.
-Я предпочитаю, чтобы ты был не "отцом" для самоуверенных детей, возомнивших себя взрослыми, а супругом для меня.
-Но одно другому не помешало бы, Гарри, подумай. Работать с детьми и жить с тобой полноценной, а не завторнической жизнью, как здесь - что могло бы быть лучше?
-Я хочу, чтобы твоё сердце принадлежало бы только мне одному, да, и  ещё Ремусу, конечно.
-Ремус, я подумаю над твоим предложением, ведь твои слова означают приглашение на пост декана Слизерина, не так ли?
-Да, и ещё Мастера Зелий.
-Вот с этим могут возникнуть некоторые проблемы, связанные с нехваткой времени и на преподавание, и на мою научную деятельность, от которой я не собираюсь отказываться, и на выполнение закзов по производству лекарственных зелий.
-Слишком много дел, и у тебя просто не останется времени для меня. Конечно, я увлечён чтением, но я не могу всю жизнь только читать. Мне, по крайней мере, нужен собеседник, чтобы обсудить прочитанное.
-В любом случае, время для тебя у меня останется, надо просто нырнуть в этот омут головой и распределить правильно время на науку, зельеварение и обучение студентов плюс воспитание духа Слизерина. Весь остальной, я принадлежу тебе. Важно не терять драгоценных минут на пустопорожние споры и, главное, на твоё курение.
Гарри выпустил дым от сигары через рот, стараясь добиться колечек, но у него не получилось.
-Я не хочу, чтобы ты возвращался в Школу. Как было написано у кого-то из древних маггловских философов, которыми я недавно увлекался,"нельзя войти в одну реку дважды".
-А мне интересна эта идея. Я почувствовал во время рассказа Ремуса о дуэли, как соскучился даже по педсоветам.
-А где мы будем жить?
-Удобнее всего, в Школе, но это может вызвать нездоровый интерес у студентов, поэтому либо в одной из твоих резиденций поближе к Хогвартсу, либо, наконец, в моём замке. Он в Шотландии, близко от Хогвартса, поэтому через камин можно попадать прямо в свои комнаты в Школе, если правильно отладить связь. Ведь это возможно, Рем?
-Обычно, всё же, в Школу попадают пешком от Хогсмида.
-А, к Мордреду, пешком так пешком!
Сейчас заканчивается первая декада декабря, скоро Рождественские каникулы…
А у нас на носу Венчание, а потом мне надо будет пожить с Гарри в клинике, той, о которой ты рассказывал, сделать его снова нормальным человеком, и вот уже только тогда можно будет думать от Школе.
-Насчёт клиники ты ошибаешься, Сев. Ты не сможешь быть там с Гарри. На время лечения он должен быть не с тобой, а с такими же, как он. Здорового человека не примут в клинику ни за какие деньги - он просто разрушит своим присутствием методику излечения целителя душ мистера Корнивана.
-Он ирландец? Не люблю ирландцев, они - истерики, а потому никогда не могут нормально, без кулаков и воинственных клановых кличей, договориться с англичанами.
-Ты - шовинист, Север. Да, по отцовской линии он - ирландец, но по материнской, кстати, более древней и уважаемой - англичанин.
-Впрочем, для меня главное, чтобы он был чистокровным магом и принимал бы в клинику, в крайнем случае, полукровок, но не  магглорождённых.
-Он, как я уже сказал, чистокрвный благородный волшебник, и лечит только таких же. Думаю, мне придётся нажать на звание Героя, чтобы Гарри., как полукровку, взяли бы на лечение, а вам с Гарри придётся заплатить ему побольше за такое понимание.
-Я не хочу оказаться среди наркоманов один, не хочу разлучаться с Севом почти сразу после Венчания. Маги должны прожить, по крайней мере, полгода после этого обряда вместе. Именно поэтому я и жил со своими жёнами по эти самые полгода потому, что разводиться раньше - моветон в волшебном мире.
-Гарри, если ты не очень пьян, послушай Ремуса и меня.
-Я не пьян, только слегка навеселе.
-Так вот, каждое последующее курение опиума убивает частицу тебя. Я присматривался к тебе вчера за ужином, потом, когда мы, извини, Рем, были вместе, и сегодня на протяжении дня, который уже заканчивается. И вот что я скажу тебе: после той "неудачной" галлюцинации твоё поведение изменилось и не в лучшую сторону - ты стал раздражителен, злопамятен, вообще зол, ведёшь себя по-детски неразумно и непоследовательно…
-Хватит! Я понял: мне надо выбирать между опиумом и тобой, и я выбираю тебя. Кладите меня в клинику, делайте всё, что угодно, чтобы я стал прежним, нормальным магом.
Но у меня есть одно условие - ещё один раз, последний.
-Нет, - в два голоса сказали остальные.
-Да, - настаивал Гарри, - иначе, иначе я не знаю, что сделаю с собой!
-У тебя не хватит магической мощи и желания сказать Avada Kedavra. Ты знаешь, что не в том состоянии, чтобы убить себя, - спокойно сказал Ремус.
-Ремус, ты останешься на три дня до Венчания? И будешь ли ты у нас после церемонии, пока Гарри не ляжет на лечение?
-До Венчания останусь - Минерва вернулась и пусть теперь отрабатывает развлекательную поездку к мадам Максим. После церемонии мы на следующий же день укладываем Гарри, а ты, Север, начинаешь основательно думать о Школе. Ты мог бы прийти во втором семестре после каникул. Дети были бы счастливы.
Надеюсь, у вас не будет сотни гостей и банкета с танцами.
-Да нет, мы просто обвенчаемся в присутствии тебя и Драко.
-Сев, ты позовёшь Малфоя? - с неприкрытой неприязнью в голосе спросил Поттер.
-Да, ведь ты позвал бы Блэка, если бы тот дожил до этого события. Нас с Драко, каким бы он ни был, связывают узы перед Мерлином и, заключая с тобой союз именем этого великого мага, я не могу проигнорировать Драко.
-Он будет пошлить, - капризно сказал Гарри, выпуская дым .
-Да, и приставать к тебе и Ремусу, но это же Драко. У него такое своеобразное поведение и чувство юмора.
-В общем, завтра с утра мы все втроём аппарируем в Южный Уэльс, где расположена клиника и имеем долгий разговор с мистером Корниваном, договариваемся обо всём, а затем направляемся на Диагон Аллею к адвокату Гарри и нотариусу Северуса, получаем в итоге на руки готовый документ, я имею в виду Дозволение на Венчание и ищем волшебника, который проведёт обряд в Хогсмиде или Годриковой Лощине.
-Давайте искать в Лощине. Там мой родной дом, который я отстроил заново. В нём мы можем отпраздновать и переночевать после Венчания, и у нас с Севом будет настоящая брачная ночь.
-Если уж ты заговорил при Ремусе об интиме, то я позволю себе напомнить некоему несознательному вошебнику, что Алхимическая Свадьба по сути своей глубже связывает двух магов, чем Венчание. И ты всегда должен об этом помнить. Вспомни стадии, предшествующие Свадьбе, вспомни ритуалы, которые мы выполняли. Разве не говорит тебе о большем эта долгая совместная работа двух душ, готовящихся умереть и воскреснуть вместе в новом качестве, или у тебя всю память опиум отнял?
-Ещё не всю, - огрызнулся Поттер, - и я всё прекрасно помню - твои запреты и табу, твою неторопливость, которая и доводила меня до желания разрядиться, расслабиться, покурить…
И всё же я повторяю свой ультиматум - ещё раз, последний, мне надо кое с кем попрощаться там.
-Не смей снова выдвигать ультиматумы! - взорвался Снейп.
-Мы же договаривались, что их больше не будет в нашей жизни, - более спокойным голосом добавил он, - вспомни, Гарри, и прошу - без глупостей.
Гарри вдруг охотно и, как показалось Ремусу, слишком, согласился:
-Ладно, нет так нет. Давайте лучше пить ещё до головокружения.
Он нажал на изображение бутона розы.

0

73

Глава 45.

Они возвращались, покачиваясь, а сонный Гарри висел между ними на плечах.
Северус пел по-старофранцузски какую-то бесконечную балладу, время от времени прерываясь и пересказывая Ремусу содержание спетого отрывка. Речь шла о грустном:

Escollier de Merencolye,
Des verges de Soussy batu,
Je suis a l`estude tenu,
Es derreniers jous de ma vye.

Я, Меланхолии школяр,
Избитый палками Тревоги,
Топчусь, как прежде, на пороге,
Хоть стал и немощен и стар.

-Это про нас с тобой, Рем.
-Не-е, я не старый, а ты с чего взял перед Венчанием с молодым любовником такие похоронные баллады распевать?
-Это моя душа плачет в предчувствии беды.

Se j`ay ennuy, n`en doubtez mye,
Quant me sens vieillart devenu,
Escollier de Merencolye,
Des verges de Soussy batu!

Покинул сердце юный жар,
Я ною, но не будьте строги.
Я - Меланхолии школяр,
Избитый палками Тревоги!

-Да, я ною, но, как бы тебе объяснить, Рем, друг, такого рода предчувствия редко меня обманывали в прошлом, я имею в виду, шпионском прошлом.
-А ты ещё не наигрался в шпиона? Вот, судя по твоим рассказам, эта игра была тебе противна…
-Очень, но она научила меня многому, слишком многому…

Pitie convient que pur moy prie
Que me treuve tout esperdu;
Mon temps je pers et ay perdu,
Comme rassote en follye,
Escollier de Merencoye.

О, дайте состраданье в дар!
Глядите, дни мои убоги:
Слабеет ум, слабеют ноги,
Безумья яростен удар.
Я - Меланхолии школяр.

-Ну, это уж ты совсем загнул, Север? "Слабеет ум, слабеют ноги", что-то несусветное про безумье - вот уж что тебе точно не грозит!
-Рем, ты… не оставишь меня, ну, после Гарри? Учти, мне следовало весь день готовиться, чтобы задать этот вопрос.
-Нет, Северус, никогда.
Но я не смогу заменить тебе Гарри, ты должен это хорошо понимать. Я - не Гарри. Я - всего лишь Ремус Джеральд Люпин, твой друг, для которого твоё счастье - моё счастье, а твоя беда, что ж, просто возьму её на себя.
А теперь я спрошу тебя, и мне следовало хорошо напиться, чтобы задать этот вопрос:
Что означали все твои сегодняшние взгляды и слова?
-Я же сказал тебе - кажется, я выбрал для Королевской Свадьбы не того человека.
-Но теперь уже ничего не изменить.
-"Пока смерть не разлучит нас".
-Не хочу понимать твои намёки и полуправду. Также не хочу теперь укорять тебя, напоминая: "Ведь я же говорил…" или что-то в этом роде потому, что по твоей странной алхимической вере брак может быть единственным, вернее, эта ваша Алхимическая Свадьба.  Я помню, какими вы были после первой ночи - гордыми, прекрасными, любящими, а теперь вот мы с тобой философствуем, напившись на деньги одного несознательнго волшебника, твою пару, кстати, и волочём Королеву волоком, ибо не знает меры, - беззлобно сформулировал путаную, непонятно, серьёзную или шуточную речь Люпин.
-Моя Королева… да, кажется, уже столько времени прошло, а ведь сегодня только наступила наша одиннадцатая ночь, - скорбно сказал стремительно трезвеющий Снейп.
-Ты сожалеешь, сочувствую, - печально сказал окончательно протрезвевший Ремус.
-Кстати, о Свадьбе - тинктуру, которую по вине Гарри мы потеряли, не восстановить, но можно совершить другую Свадьбу, и тинктура, если она установится. И мы сумеем её… Я что-то не то говорю, друг. Вот уж действительно, я -" побитый палками Тревоги ". Страшно мне, Рем, может, впервые за всю жизнь… так страшно.
Они втащили Поттера, еле переступающего ногами, по ступенькам к двери.
-Уф, а тяжело было.
-Зато поговорили по душам.
-Так я про разговор, - заметил Снейп, - разговор тяжёлый был у нас с тобой, а Поттер, что, я его и один тягаю.
-Ну, конечно, в спальне-то у тебя помощников, вроде меня, нет, - пошутил Ремус.
Ответом ему был абсолютно трезвый, но покрытый какой-то поволокой чувства, неназванного, неизвестно откуда взявшегося, взгляд, и на дне зрачков, неразличимых во тьме ночи, пылало золото.
Ремус снова почувствовал  что-то тянущее внизу живота, и через минуту понял, что это:
-Мерлин, его взгляд, взгляд моего друга, Мордред меня забери, возбуждает меня, как юношу - легко и без обычного "разогрева", - вспомнил он о своих одиноких редких утехах с именем Севера в самом конце, на пике наслаждения, острого и необходимого, хоть изредка.
-Ну я же ещё, в общем-то, молодой волшебник, мне можно, - уговаривал он обычно себя  в таких "крайних случаях", когда никак не спалось, а вспоминался почему-то только Северус: вот он делает утренний кофе на кухне, и они пьют его из крошечных фарфоровых тонких чашечек; вот он даёт ему, Ремусу, Аконитовое зелье, такое противное на вкус, но такое необходимое; вот он в столовой, ловко орудует приборами, разделывая любимую запечённую на углях форель; вот они в гостиной, его левая кисть, так близко, что хочется коснуться тонких пальцев, свешивается с подлокотника кресла, в которых они ведут беседы обо всём на свете, столь милые сердцу; вот он медленно пробует коньяк, новую бутылку, дегустирует его, перекатывая во рту горячую на вкус жидкость, потом допивает рюмку одним залпом и улыбается одними глазами и лишь уголками рта; вот он поёт - красиво, бархатным голосом выговаривая чужие гортанные звуки, звуки речи, в том числе и его предков, светлых принцев, а в чёрных глазах - печаль потому, что он очень редко поёт весёлые песни и, чаще, без перевода - он не нужен; вот они расходятся, умиротворённые и пьяные по своим одиноким холостяцким спальням…
Стоп, вот на этом месте воспоминания лучше прекратить, иначе в голову приходит образ почти юного волшебника в зелёной мантии-пальто, такого красивого, получившего заветное право войти в спальню Сева и находиться там с ним каждую ночь вот уже в одиннацатый раз…
Как перенести после этого тяжёлые, исполненные незнакомой, но зовущей неги, взгляды Севера, подаренные ему, Ремусу, волку-оборотню? Неужели Северус только теперь понял, что за человек был ему нужен в светлейшую пару Короля и Королевы? Льва и Единорога? Он теперь обречён на несчастье, и сам чувствует это, он так сказал, когда был ещё пьян и откровенен.
Но какова была бы жизнь Севера с волком? Ведь часть его, Ремуса, души, пусть небольшая, принадлежит зверю, и Север это понимает, иначе не изобрёл и не модифицировал бы потом Аконитовое зелье, оставляющее несчастному оборотню нужные, как воздух, глотки человеческого сознания, чтобы не запираться на страшную ночь в прочной клетке, не глодать себя в приступах безумной жажды крови и сырого человеческого мяса… а быть ручным зверем, обладающим основными чертами своего человеческого характера. Для Ремуса это - любовь к Северу, общий благожелательный и спокойный характер. "Деликатный" - для волка не подходит. Это чисто человеческое качество, которым природа наделила его, Ремуса, в таком избытке, что хватило бы и на пятерых воспитанных волшебников. Эта проклятая деликатность, невозможность перечить, настаивать на своём, пусть даже и очень, жизненно нужном - на любви.
Все эти мысли не позволяли Ремусу заснуть, и он ворочался, изредка пихая невиноватую ни в чём подушку кулаком.
…-Они сейчас вместе, - эта мысль казалась наваждением, особенно после сегодняшних, вернее, уже вчерашних, взглядов Северуса.
-Они сейчас вместе, а завтра добрый волчок будет помогать устраивать их дальнейшую жизнь, мотаясь по всей стране. И ведь никто за язык не тянул - сам предложил. К Мордредовой матери всё!
…Тем временем они - Северус и Гарри были вместе, только исходя из факта  деления ложа из расчёта две третьих - Поттеру, остальное - Снейпу. Северусу не спалось, он думал о прошлой ночи с волком и пробуждении с обнажённым мужчиной, другом, но ставшим внезапно после этой ночи таким близким, что эту гармонию чувств нельзя уже было назвать чисто дружеской. Впервые за ликом старого доброго друга проступил другой - человековолк, страстный, желающий, открыто ненавидящий соперника, борющийся за право быть со своим избранником.
И Северус ответил - впустил этого полу-человека, полу-зверя в душу, разделил с ним ложе, как делит сейчас с Поттером. Кто он, Северус, подлый шпион-изменщик, уже через десять дней понявший, что проиграл важный квиддитчный матч, и ждущий реванша на чужом поле? Или просто истерзанная душа сама находит для себя формы выражения боли, живущей в ней?
Северус встал, одел чёрный шёлковый халат-кимоно, сделавший его похожим на пантеру, и вышел в гостиную выпить и покурить для того, чтобы захмелеть снова, а то уж очень больно голой душе, умастить её слоем алкоголя, угостить сигаретным дымом, может, и успокоится, ведь завтра такой насыщенный день, что надо поспать хоть немного…
…Гарри проснулся среди ночи, словно его кто-то выдернул, как котёнка за шкирку, из глубокого, крепкого, пьяного сна. Он протрезвел, и теперь, хотя голова его болела  (эх, не пил бы шампанского!), понял, от чего проснулся.
Жажда, сладкое предвкушение; о, боги, какая жажда быть там, пусть, пусть там теперь ночь, но там есть одна неприкаянная душа, и он, Гарри, должен попытаться спасти её, а для этого нужно просто спросить, как он умер, этот загадочный невинный агнец Альвур? Вот заветный ящичек, о, какая  королевская парча, завернуться в неё, через пижаму не оцарапает, вот кальян, а, вдруг вернётся Сев? Ну, как-нибудь умолю его о пощаде, это же последний раз; вот шкатулка, сколько же положить наркотика, наверное, побольше, но не с горкой, забить всю чашечку кальяна, примять пальцем, снова добавить, может, он всё-таки увидит Солнце; чем поджечь? У Сева где-то была, как её, зажигалка для сигарет, у него их много везде разбросано, вот одна, нашлась на прикроватном столике; ур-р-р-а, получилось, с первой искры; затянуться, ещё, ещё, Сев, ещё, сильнее, глубже, ещё, какое наслаждение, бесконечное; ещё затянуться, сколько раз всего, сбился со счёта; разноцветные краски пронеслись быстро мимо в своём обычном кружащемся танце; боги, благодарю вас - лиловое Солнце сияет на перламутровом небе; а вот и Альвур, наконец-то я увидел его: "Пойдём, настало время нам с тобою вместе…", подожди, Альвур, Альвур, куда ты меня тянешь… темно…
Нет, сумерки: "Приветствую вас, высокорожденный благородный волшебник Моальворус Ноттингус Ульм и тебя, низкорожденный волшебник Гарольд Джеймс Поттер, в Посмертии" или; нет это ошибка, отчего я умер, Альвур? "Слишком много опиума", а отчего умер ты ? "От Круциатуса отца Севви"; а я не могу вернуться, мне ещё венчаться надо? И лечиться… простите, я не понял сразу, что я умер, и Венчания не будет.
А что здесь делают эти тени? "Ты - одна из них"; а как же тинктура? "Ты не поддержал её должным образом, не задавай больше вопросов, да лишаю тебя всех человеческих чувств, и эмоций, и желаний, кроме воспоминаний и печали, я, Великий Мерлин, слуга Бога Всевышнего! Да воздастся вам по вере вашей!"
Северус услышал стон из спальни, очень страстный стон.
-О, боги, он проснулся, и теперь потребует своей порции любви, а мне так больно! - воскликнул он, забыв на время о Ремусе, кторый слышал этот вскрик, равно, как и предшествующий ему стон.
-Значит, Север в гостиной. Пойду, проведаю его, а то он что-то совсем плох в эти сутки, и этот взгляд…
Ремус одел золотистый, под цвет глаз, шёлковый халат и вышел из спальни.
Дверь в спальню Севера и Гарри была открыта настежь и оттуда доносились обравки речи Северуса:
-Мерлин, зачем ты завернулся в мантию?
Раздались шлепки.
-Отвечай, да отвечай же, Гарри, сейчас опять водой оболью!
Ремус не решался войти в святыню - спальню Северуса, но понимал, что Гарри опять каким-то образом накурился, и теперь Север приводит его в себя всеми доступными способами.
-Aguamento!
Раздался шум и плеск целого водопада. Ремус подошёл ближе:
-Север, тебе нужна помощь?
-Рем, сходи в лабораторию, а, ты не можешь… Вот тебе допуск, - он взмахнул рукой в сторону Ремуса, и тот почувствовал лёгкое покалывание в пальцах рук, - теперь иди, принеси нюхательную соль, Гарри, кажется, здорово обкурился.
Ремус заглянул Северусу через плечо и увидел распротёртое на ковре тело Гарри, извивающееся и бьющееся в конвульсиях. Он стонал, сначала сладострастно, потом начал кричать от ужаса  и, видимо, боли, не приходя в сознание.
Ремус кинулся в рабочее помещение, где без труда нашёл искомое и принёс Северу.
Тот сорвал пробку одним движением и сунул жутко пахнущую соль под нос Гарри. Тело того изогнулось дугой, он снова застонал, на этот раз как-то жалобно.
-Отпусти его, Север, это передозировка, ты мучаешь его тело, но души уже нет в нём.
-Нет! Нет! Не-е-е-е-е-т! Не уходи, Гарри, прости, слышишь, я прошу прощения у тебя за свою любовь, вернись хотя бы за это!
Тело Гарри дёрнулось в последний раз и обмякло. Ремус оттолкнул заворожённого Снейпа в сторону, отчего тот упал радом с Гарри, и пощупал пульс. Пульса не было.
Гарольд Джеймс Поттер, Герой магической Британии, победитель Волдеморта, умер.
Северус лежал рядом с телом своей Королевы, в оцепенении, но в сознании.
-Гарри умер, да? -спросил он бархатным голосом.
-Да, Север, Гарри больше нет, прости.
-Тебе не за что извиняться, это я оставил его одного в спальне, а он знал, где что хранится - видел, видимо, из-за моей неосторожности, когда я убирал эту мантию, под которой мы провели первую ночь. Похороним его в Годриковой Лощине, рядом с родителями. Я не имею права перед предками хоронить его на фамильном кладбище Снейпов, как бы я этого не хотел. Я не успел принять его в свой род.
Рем, помоги мне устроить похороны, я что-то дурно себя чувствую. Гарри больше нет, -повторил он, как сомнамбула.
-Береги рассудок, Север, твоя жизнь не кончилась с уходом Гарри.
-Моя тинктура, она ищет выход и не может его найти. Мне больно.
-Успокойся, Север, насколько можешь, дай приказ разуму остановить это безумие с алхимией. Нет никакой тинктуры - есть только ты, я и Гарри, которого нужно сегодня похоронить до заката солнца, как велят законы.
-А… как же мы?
-А мы будем жить, как и прежде.
-Я не хочу, как прежде. Гарри больше нет. А как же то, о чём ты рассказывал там, в "Наваждении" - Дозволение, клиника, поиск волшебника в Годриковой Лощине?..
-Север, прийди в себя окончательно - Гарольд Джеймс Поттер, твой Единорог, твоя Королева, кем он ещё был для тебя? Так вот, он умер, как умрём и мы однажды.
Теперь он в Посмертии.
-Он был моей Лилейной Невестой, а я - его Красным Женихом. И я люблю его, о, маггловский Бог, дай ему в Посмертии оказаться в Твоём Раю!
-Север, не надо, не трави себе душу. Он не может оказаться в маггловском Посмертии. Видимо, Рай - это место, где дают покой душам магглов?
-Там им дают неземное блаженство.
-Для нас, волшебников, всех, и добрых, и злых, и тех, что ни горячи, ни холодны, одно Посмертие. И его не избежать ни тебе, ни мне. Там Великий Мерлин, Моргана и даже Мордред, там все, в чьих жилах струится кровь людей, способных творить магию, даже магглорождённых.
Но там никто не имеет власти, ни злой, ни доброй, там все одинаково беспомощны потому, что там нет волшебных палочек, нет стихий, коими можно управлять, там нет магии вообще. Только покой и воспоминания, а, если твой маггловский Бог милосерден, там нет даже воспоминаний.
Успокойся, Север, и отпусти Гаррину руку. Мне надо приготовить его тело для похорон.
Обмыть, одеть.
Где его волшебная палочка?
-Под его подушкой, достань, будь добр, а то я, что-то , не могу пошевелиться. И вот ещё, принеси мне Успокаивающего зелья и Сон-без-Сновидений. Там, в подвесном шкафчике, слева над моим рабочим столом, оба подписаны, по два фиала.
-Два фиала Сна - это слишком много, Север.
-Лучше я буду завтра, то есть, уже сегодня, страдать от сонливости, чем устраивать на публике "показательные выступления". Ведь никто, кроме тебя и Драко, которого я предупрежу о строгом молчании, которое он, разумеется, не будет хранить долго, а расскажет обо всём первой же попавшейся пассии, не знает о моей связи с Гарри в… этом плане. Но слухи в высшем обществе начнутся после того, как Гарри, не опороченного связью со мной, погребут, а оставшаяся в живых вдова, по совместительству, светская львица леди Джиневра Гойл даст полагающиеся интервью о бывшем муже. И память о Гарри, как о Герое, останется надолго. Я же собираюсь присутствовать на похоронах, как учитель и соратник, не более.
-Ты старомоден, Север. Если бы Гарри мог говорить, он, наверняка, сказал бы, что ты не прав, пряча вашу свзь от магического сообщества, и я буду первым, кто огласит её, а ты не заткнёшь мне рот! - повышая голос, высказался Ремус, - я произнесу прощальную речь, и всё расскажу!
-Зачем? - тихо спросил всё тем же бархатным голосом Снейп, - Ты хочешь сделать мне ещё больнее? Ну, что ж, делай, мне всё равно - Гарри больше нет.
И столько боли было вложено в это простое: "Зачем?", что Ремус усомнился в своей идее о разглашении тайны отношений этих двоих, решив, в итоге, что Северус прав - Королевская Свадьба не означает для большинства магов ничего, кроме понятия свадьбы, то есть полового сношения. Он, Ремус Люпин, клянётся самому себе не рассказывать об этом событии волшебникам, так как это не имеет никакого смысла, кроме дурного, в глазах большинства гетеросексуальных людей.
-Я не буду рассказывать, Север, но назову его Лилейной Невестой, пусть те, кто понимает, знают, что произошло между вами. Просто это очень красиво и печально.
-Да, как осень, особенно поздняя, - сказал, почему-то, Северус, - медленно она приходила и быстро ушла, а Гарри больше нет.
Ремус принёс назначенные самому себе Снейпом зелья, и тот вскоре заснул.
Ремус отнёс, уже начавшее каменеть, тело Гарри в ванную и обмыл его мягкой губкой.
Потом вытащил с каждой минутой тяжелеющее тело и отнёс в свою комнату, положив его на свою постель, прикрытую покрывалом. Он сходил в спальню Севера, порылся в гардеробе, но не нашёл среди Гарриных одежд ту мантию, в которой  тот изображал алхимическую Королеву. Вдруг он вспомнил о своём "волчьем" поступке и отворил сундук: мантия лежала сверху, чистая, незапятнанная людской славой и порочная в своей обольстительности, придуманной Северусом.
Ремус с трудом надел на коченеющее тело мантию и… заплакал. Поттер был так прекрасен, а на его разгладившемся после агонии лице застыла слабая улыбка…
Север будет доволен. Он пошёл посмотреть на спящего -  словно в ответ на его мысли, Северус начал беспокойно ворочаться в кровати, просыпаясь.
-Гарри, Гарри, где ты теперь?
-Он всё помнит, даже после такой дозы Успокоительного и сильнейшего снотворного, - подумал Ремус, вслух сказав:
-Север, здесь я, Ремус, я подготовил Гарри для похорон. Сейчас собираюсь написать в "Daily Prophet." Просыпайся совсем, раз уж ты всё равно не спишь и всё помнишь.
-Гарри больше нет, - твердил, как заклинание, Северус.
-Да, его больше нет, и хватит уже повторять это! Ты всё равно не вернёшь его, так встань с кровати, сделай над собой усилие, пойди в душ, в общем, займись собой. Только после всего этого я допущу тебя посмотреть на чистого, целомудренного Гарри.
-Где он лежит?
-В гостевой.
-А почему не рядом со мной?
-Потому, что негоже мёртвому и живому одно ложе делить.

0

74

Глава 46.

Волшебники Британии были извещены о безвременной кончине Героя  Гарри Поттера через специальный выпуск газет и магическое радио. Смерть наступила в результате обширного инфаркта, мгновенно. Это очень редкая болезнь среди волшебников - врождённый порок сердца.
Тело Героя было обнаружено в его доме на Диагон Аллее, причём входная дверь была распахнута настежь, поэтому дежурные Авроры, окликнув хозяина и не получив ответа, осмелилилсь войти в дом, где и обнаружили тело Героя, облачённое в прекрасную мантию необычного покроя. Тело лежало на застеленной, нетронутой кровати, прямо, и уже закоченело к моменту появления в доме людей. На лице умершего Гарри Поттера была слабая улыбка. Колдография на половину первой страницы "Пророка" прилагалась. Ответственный за похороны Героя его друг и наставник мистер Ремус Люпин, уважаемый гражданин, известный борьбой за права оборотней и, в частности, за расследование дела о попытке отравления Героя, произошедшей, напомним читателю, в октябре текущего года.
Похороны произойдут на кладбище в Годриковой Лощине, рядом с могилами геройски погибших в борьбе с Волдемортом  родителей - Джеймса Поттера и Лилиан Эванс-Поттер, в три часа пополудни. Просьба не создавать давки и подобных инцидентов на церемонии прощания с Героем, которая начнётся на кладбище в полдень.
…Таковы были сводки всех уважаемых магических газет Британии в то утро, когда Северус, оставшись пока у себя в доме один, разлучённый с телом Гарри и вынужденно покинутый Ремусом, занятым организацией похорон, бродил, как призрак  прежнего цветущего и излучающего любовь человека, по комнатам второго этажа, нежилым, заброшенным. Его потянуло сюда неизвестно зачем. Просто здесь, в "мерзости запустения", он чувствовал себя на своём месте, как вот этот пыльный стул о трёх ножках или та старая викторианская супружеская постель, предназначенная не для плотских утех, а лишь для церемонного соития нелюбящих людей.
В пыльной, старой, местами сломанной, мебели Северус видел себя.
Но пришло мгновение, когда Снейпу надоело это зрелище.
Он спустился вниз, в столовую, и заказал Линки абсента.
-Я, как и обещал, был с ним до самого конца. Всё равно, даже после лечения, он вернулся бы через какое-то время к своему лиловому Солнцу на перламутровом небе. Наша Алхимическая Свадьба была обречена ещё в момент её замышления - Гарри уже попробовал опиумный яд, который я сам предложил ему, подумать только, ради шутки! Я убил своего Единорога, Королеву, Лилейную Невесту ещё тогда.
Он налил рюмку и без жжёнки опрокинул её в глотку. Тепло разбегалось во венам, создавая иллюзию жизни в никому теперь не нужном теле.
-Можно было бы попробовать шагнуть за Гарри в Посмертие, но там мы всё равно не будем вместе, мы можем даже никогда не встретиться в сонмище теней умерших или убитых волшебников… Нет смысла уходить из жизни, когда есть ещё один, последний якорь - друг, обещавший не оставить его, своего Севера, после смерти Гарри.
Но что впереди - беседы, попойки, песни, расхождение по тёплым, но пустым холостяцким спальням? А так хочется разделить постель с тёплым податливым телом любимого. Да, я знаю, что Рем, мой друг, влюблён в меня давно и безнадёжно, но у меня не хватит сил переступить через порог дружбы во имя новой, неизвестной любви, а хватит ли сил у Ремуса? Дурацкий вопрос - если он за столько лет только несколько раз намекнул на свои глубинные чувства, то теперь, после этой моей потери, терзающей душу, у него вдруг проснётся второе дыхание? Не верю.
"Мир утомился от меня.
Я утомился от него,
И нет на свете ничего,
Чтоб скрасило унынье дня.
Тщеты унылая возня
Достойна ль взгляда моего?
Мир утомился от меня.
Я утомился от него"
Распахнулись окна в старом доме, и ворвался ветер с колючими снежинками - первый снег.
Стало так хорошо, но где-то внутри что-то ныло, тихо-тихо, еле заметно. Пересилив эту боль, Северус раскинул руки и взлетел над полом, насколько позволял высокий потолок.
В полёте ему почудилось на миг лицо Альвура, губы шевелились беззвучно.
-Альвур, покажись! Именем Мерлина!Трижды заклинаю дух твой!
Альвур в парчовой, расшитой единорогами, мантии предстал перед Снейпом в телесном обличии.
-Я пришёл, чтобы сказать  тебе - Гарри ушёл со мной вместе в Посмертие, и теперь наши души не разлучатся потому,что оба мы больше жизни любили тебя, Севви!
Знай это и помни всю жизнь, которая, поверь, будет ещё счастливой. Прощай, сила твоего заклятья уходит. Мы будем ждать тебя в Посмертии, но никогда не кури опиум, чтобы увидеть нас - это бесполезно. Мы уже не в мире Немёртвых…
Призрак Альвура, такой естественный в этой комнате, словно он прожил тут с десяток лет вместе с Северусом, исчез в одно мгновение.
Северус опустился на пол и приказал Линки закрыть все распахнувшиеся окна, а сам наслаждался морозным чистым воздухом, приятно щекочущим ноздри.
Незаметно для себя самого, он выпил всю бутылку и был здорово навеселе, когда пошёл одеваться. Он оделся не в траур, а  надел традиционный костюм Снейпов - с классическим сюртуком с широкими фалдами, собранными в складки, взяв только плащ потеплее, с соболями.
Потом критически оглядел себя в зеркале холла и решил, что выглядит достойно, чтобы на людях незаметно попрощаться с мёртвым возлюбленным. Он оплакал Гарри ранним утром, но следов на лице не осталось - помогло зелье. Только излучающие тьму глаза выдавали его истинное состояние души.
…После похорон Ремус, взяв за локоть шатающегося от эмоциональной усталости Севера,  аппарировал к нему в дом.
-Ты пил до похорон?
-Представь себе, я выпил целую бутылку абсента и только чуточку захмелел. Видимо, сегодня  "я да ты, да мы с тобой", опустошим все мои запасы спиртного. По крайней мере, у меня есть такое предчувствие, а они сбываются, как ты убедился.
-Выпьем-ка огневиски, и нам обоим стоит поесть горячего. Я, к твоему сведению, очень голоден, как ни банально это звучит. Хорошо, что у покойного Гарри умелые адвокаты и нотариус, который обещал огласить завещание Гарри через неделю, - сказал Ремус.
-Я уже видел копию, нотариально заверенную, и даже знаю, где она лежит - в моём кабинете в ящике стола, закрытом на единственный существовавший ключ, который я отдал Гарри.
Он завещал мне всё. Просто всё, чем владел в этом бренном мире. Это было его сюрпризом для меня. Я помню, он был счастлив, как ребёнок, показывая мне копию завещания, а у меня мороз по коже пробежал от того, что мне предстоит пережить Гарри и получить всё завещанное.
Не думай, это не было предчувствием, нет. Скорее, уверенностью, абсолютной и, потому, беспощадной. Он ведь тогда уже вовсю курил, ну, ты понимаешь…
Какую кухню предпочитаешь? - переключился Снейп внезапно на насущные нужды усталого, вымотанного до предела, замёрзшего Ремуса.
-Мне всё равно, лишь бы посытнее.
-Тогда китайскую, мы любили её с Гарри, успели даже целых два раза отведать разных вкусностей.
-Линки! Большой обед по-китайски, да побольше свинины и специй!
"Кажется, я уже говорил это когда-то, но когда?" - Мысль занозой засела в мозгу.
Пока готовился обед, они распили по бутылке огневиски за Большое Путешествие Гарри. Северус не стал рассказывать Рему о явлении призрака, да ещё и неизвестного ему человека, но дал себе слово посвятить друга в тайну своей отроческой любви.
Распили ещё по бутылке, и Ремуса сморило - он так и не дождался обеда, а Северусу пришлось на руках оттаскивать его в свою спальню и укладывать на их с Гарри постель потому, что после похорон родственникам усопшего мага не позволяется творить магию на протяжении суток. Линки, как и положено домовому эльфу, не смел прикасаться к вещам умершего Хозяина без разрешения на то родственников или близких, а Северус после расставания с телом Гарри забыл дать ему такое разрешение.
-Я сохраню покрывало, на котором лежало тело Гарри…
А зачем? Чтобы снова стать фетишистом, как с парчой Альвура?
Нет, всё уничтожить и купить новую кровать, вообще, сделать перестановку в гостевой, наконец, купить новую мебель, такую, чтобы её выбирал сам Рем. Ведь я сделаю это ради него.
А мы пока поспим на одной кровати, - эта мысль согрела душу, - он будет не одинок в своей спальне, пусть даже рядом будет друг, а не любовник, и они никогда, кроме, как во сне, случайно, не коснутся друг друга. И так до тех пор, пока не переделается комната Рема, теперь её можно смело так называть, по его вкусу.
А я за это время привыкну к физическому одиночеству, - думал, укладывая Ремуса поудобнее, Снейп, как вдруг заноза сама покинула воспалённый мозг:
-Я приказывал Линки точно также вечером перед ужином накануне Королевской Свадьбой, - и Северусу стало нехорошо. Воспоминания о той священной ночи всплыли из глубин мозга, куда Снейп, пользуясь Окклюменцией, загнал их и запер за ментальным щитом третьего уровня сложности. Такой уровень защиты мог прорвать только Лорд, да и то после пыток в Большом Круге. И вот одна заноза, одна фраза взломала щит.
Он закричал от страшной, непереносимой боли утраты, закричал так, как не кричал под самыми изощрёнными пытками Люциуса и Бэллатрикс, самых одарённых мучителей. Он всегда выносил боль молча по закону Снейпов: "Не кричать под пытками врагов", но какая-то плотина внутри него рухнула, и горечь стала выплёскиваться наружу нечеловеческими криками и стонами. Ремус, разумеется, проснулся от первого же крика и, несмотря на слабость, приподнялся с кровати, ещё не осознавая толком, где и когда он заснул, схватил трясущегося, как в лихорадке, друга, и усадил на ложе.
-Север, Север, Север! - не мог докричаться до его сознания Ремус.
Северус никого не слышал и ничего не замечал, перед глазами у него был Красный рассвет… там, в мире Немёртвых.
-Красное, там всё красное, я - Красный Жених! Где моя Лилейная Невеста?! - только и воскликнул он, а душа устремилась дальше, где уже темнело, потом наступила ночь и прозвучал голос: "Стой, глупец! Тебе здесь не место! Возращайся, если сможешь, и люби того, кто разделяет с тобой мир".
-Север, стой, да очнись же ты! Что, мне тебя водой отливать?!
Вернись, вернись немедленно, не то твоя душа навсегда останется в мире Немёртвых!
- уже доносился до больного разума, поражённого видением, голос Ремуса.
-Именем Мерлина! Призываю дух твой трижды! Вернись!
Дух Северуса, блуждающий в нездешных мирах и галлюцинациях, немедленно стал возвращаться - подействовало заклинание Зова Нездешних, то самое, что Снейп применил к духу Альвура, а теперь и сам впал в состояние тела без духа.
Северус опять почувствовал боль необычайной силы и бросился к заветному ящичку за кальяном.
-Курить, курить, пока не перестанет болеть. Кто мешает мне?! Кто смеет?!
Оттолкнуть, не удалось, у этого некто сильная хватка.
-Стой! Не пущу! Не смей! - вот стеклянный прибор раскололся магическим Reducto на тысячи мелких, как пыль, осколков. Это теперь ничем не восстановить. Слишком большую мощь вложил заклинающий в волшебное слово и жест.
Нет больше пути к отступлению в другой мир, придётся возвращаться, но, о, боги, что за боль...
Северус мучительно застонал сквозь сжатые зубы, а потом ребром ладони изо всех сил ударил по всё ещё выдвинутому заветному ящичку.
Тот с грохотом вывалился из старинного буфета, самого массивного предмета в спальне, а Северус схватился за покалеченную руку. На месте удара быстро появлялся синяк.
-Вернись, да, больно, но вернись, ты же Северус Ориус Снейп! - продолжал увещевать чей-то, уже знакомый, голос.
-Ремус! Рем! Где ты, друг? - отчаянно, глядя словно ослепшими глазами прямо на Люпина, возопил Северус.
-Да вот же я, прямо перед тобой! Что с твоими глазами?! Они словно пеленой покрыты, - недоумевал Ремус.
Он, конечно, ожидал какого-то эмоционального взрыва у Севера, когда тот полностью осознает утрату, прекратив находиться в мире, где тихо, вокруг стены дома, и Гарри больше нет…
Ремус знал одно надёжное средство для вывода из состояния любой душевной тяжести и бросился в гостиную к бару, по привычке свернув  в ту же сторону, что из своей комнаты, но оказался в столовой. Он мгновенно всё понял и повернулся бегом в обратную сторону, добравшись-таки до гостиной. Выхватил из бара бутылку коньяка и поднёс её горлышко к искривлённому в гримасе отчаяния рту Севера.
-На, выпей, это зелье, которое тебе поможет.
Северус послушно, как марионетка, открыл было рот, и в него плеснулась хорошая доза спиртного.
-О-о-х, - задохнулся Снейп, - Ремус, это ты творишь? И где ты прячешься?
-Сейчас увидишь… где я прячусь и прячусь ли вообще.
На, выпей ещё глоток, да побольше, побольше, вот так. Ты - молодчина, Север, сейчас не будет больно.
-Рука, моя рука, -простонал Снейп.
-Покажи. Да у тебя перелом, причём открытый! Боги, ты всё-таки сломал кисть, когда ударил по этому ящичку! Ну и хрупкий же ты, - бормотал Ремус, удерживая покалеченную руку друга за локоть, - сейчас  пойдём в лабораторию делать тебе перевязку. Ведь бинты и всё необходимое ты там держишь.
Ремус кое-как напоил обезболивающим притихшего Снейпа, позволявшего вести себя по коридору, словно слепого. Тот чувствовал огромную боль, сконцентрировавшуюся в двух очагах: правой руке и сердце, но не мог говорить, не мог даже застонать, чтобы дать части боли выйти с мучительным выдохом.
Его глаза, по-прежнему, были застелены пеленой, красной и жидкой, как маггловская акварель, которую он не любил.
-Мои глаза, - только и смог вымолвить он и снова замолчал. Он не помнил причину своего странного состояния, просто было очень больно, боги, очень. Но он терпел из ниоткуда взявшуюся боль,  добрый Ремус сейчас его исцелит, он же делит с ним мир, один на двоих, вот только что-то неправильно в этом мире, отчего и больно, наверное. Наверняка, кто-то прошёлся по его могиле.
Ремус, как мог, оказывал первую помощь, которую он, как заместитель Директрисы Школы, и как любой педагог, обязан был уметь оказать.
-Надо покрасивее сложить кость, а то потом будет заметно, - Ремус хотел, чтобы рука Севера после Костероста выглядела бы, как раньше безупречно, - у Севера такие красивые руки…
Надеюсь, вспышек, подобной этой, больше не будет, а то мне тяжело было с ним справиться.
Но рецидивы, в принципе, возможны.
Где золото в глубине твоих омутов-глаз? Ведь оно переливалось и кипело там для меня одного весь вчерашний день, и это тихое: "Пойдём"…
Ведь это был  старт новым, живым отношениям без посредника-наркотика, которые были у Севера с покойным Поттером. А я, дурак, не понял этой простой истины: "Кажется, я выбрал не того человека для Королевской Свадьбы"… Что, какие слова могут быть яснее? Север же в открытую признал ошибку в выборе человека, с которым хотел разделить все радости и невзгоды жизни. Он просто ошибся и вовсе не виноват в гибели того, кого он, второпях, почему-то выбрал, ведь я всегда рядом, я помогу, я подскажу, я подставлю плечо…
А, если бы я не был такой тряпкой, я оказался бы на месте Лилейной Невесты, нет, скорее, Красного Жениха, ведь я хотел бы обладать Севером, целиком, и душой, и телом.
Но сначала надо исцелить его пострадавшее тело, а потом приниматься за главное - душу.
Так, повязка поверх шины готова. Теперь надо дать Костерост, а, вот и он.
-Север, выпей зелье.
-Опять то, жгучее? - спросил  безучастно Снейп.
-Нет, Костерост. Тебе будет, конечно, больно, но ты ведь сломал руку.
Северус принял противное зелье, не поморщившись, будто пил воду.
-Боги, Мерлин, что же у него сейчас внутри, если ему абсолютно всё равно, что пить - коньяк или Костерост?!
Слава всем богам, с глаз начала пропадать пелена. Вот, совсем пропала. Да ведь ему же страшно больно, словно он под Круциатусом! Чем помочь? Как унять эту боль?
Неосознанно Ремус взял Свера за правую руку, забинтованную, и поцеловал кончики пальцев, еле виднеющиеся из-под повязки, а потом приложил свою руку к губам.
Север взглянул на Ремуса отрешённым взором, а потом, осмысленно поднял больную руку и приложил её к сердцу.
Ремус, у которого внезапно потеплело на сердце, сказал:
-Пойдём ужинать, Север, нам надо поесть.
Снейп только кивнул.
Разогретые Линки яства исходили диковинными ароматами - Ремус никак не мог привыкнуть к разнообразию специй в китайской кухне, но запах стоял обольстительный. Северусу пришлось есть одной рукой, к тому же, левой, и он никак не мог приладиться к поочерёдному , а не совместному, использованию ножа и вилки.
Оба поели с большим аппетитом и поднялись из-за стола, разомлевшие от плотной жирной  пищи.
-Как Северус может спокойно есть с такой страшной болью внутри? Не понимаю, но боли в глазах не становится меьше. Напротив, они опять начинают затуманиваться.
Срочно пить, напиваться, напиваться, залить боль виски, коньяком, вином, шампанским, да, даже шампанским, если оно поможет, абсентом, наконец!
-Пойдём, напьёмся, друг ты мой любезный, - сказал Рем.
Снейп опять кивнул, молча.
-Значит, болит, - подумал Люпин.
-Больно? Очень?
Снейп снова кивнул, всё с тем же безразличным выражением породистого лица, отчего угрюмые складки вокруг рта обозначились ещё резче.
-Расслабь лицо, Север, ты можешь и умеешь быть красивым. Жизнь не кончилась. Я с тобой и в горе, и в радости. Мы сможем, Северус, мы прорвёмся.
Снейп кивнул, мимические морщины исчезли, как по волшебству, и Северус вновь стал выглядеть прежним, помолодевшим на десяток лет, вот только помертвевшие, потянутые поволокой глаза выдавали его внутренние страдания.
-На вот, твой любимый коньяк, - Ремус протянул Снейпу не рюмку, а почти полный стакан ароматного благородного напитка. Сейчас было не до благородства и дегустирования тончайших нюансов вкуса. Надо было просто поскорее опрокинуть жидкость в себя, что Северус и сделал. Потом он устало раскинулся в кресле, баюкая больную руку.
Вдруг он открыл огромные, бездонные, чёрные, как декабрьское небо за окном, ясные глаза. Казалось, они могли бы отразить свет звёзд.
И они были устремлены прямо в глаза Ремусу, один взгляд, но какой.
Ремус согласился бы пробыть волком целый год только для того, чтобы по возвращении человеческого обличия получить ещё один.
-Две пылающие золотом бездны, две нефтяных скважины, из которых, по прихоти природы, бьёт ослепительный свет, - у Ремуса нашлись бы и другие сравнения, если бы взгляд Северуса вдруг не омрачился бы вновь вспыхнувшей яркой болью Круциатуса.
Он умеет выдерживать его беззвучно, не испытывая при этом "адских мучений", как говорят магглы о крайней степени страдания, душевного ли, физического, без разницы. Северус рассказывал ему об этом выражении и о том, откуда, из каких поверий, оно взялось.
Снова налить стакан, теперь до краёв полный, и, вот незадача, бутылка опустела, ладно, сейчас выпить, а там - будь что будет.
-Выпей, - мягким, уже почти пьяным голосом сказал Ремус, помогая другу придерживать тяжёлый стакан под донышко, постепенно, но быстро, вливая содержимое в глотку Севера.
И снова этот звёздный, завораживающий, зовущий взгляд.
-Что он хочет сказать этим взглядом, сводящим с ума, кружащим голову, не хуже скотча, бутылку которого он  уже выпил? - спрашивал себя Люпин.
Неужели это то, о чём я мечтал последние восемь лет - получить такой же взгляд, каким Снейп смотрел на Нимфадору? Люпину, в отличие от неё самой, нравилось её имя.
-Ты можешь говорить, друг?
Снейп кивнул.
-Тогда скажи что-нибудь.
Раздался голос Севера - низкий, бархатистый, полный неги:
-Я, лучше, спою. Ты никогда не слышал этой баллады, я недавно перевёл её, ещё будучи с Гарри.

   Je meurs de soif en couste la fontaine;
Tremblant de froit ou feu des amoureux;
Aveugle suis, et si les auters maine;
Povre de sens, entre saichns l`un d`eulx;
Trop negligent, en vain souvent songneux;
C`est de mon fait une chose faiee,
En bien et mal par Foprune menee.

   Je gaigne temps, et pers mainte sepmaine;
Je joue et ris, quant me sens doloureux;
Desplaisance j`ay d`esperance plaine;
J`atens bon eur en regret engoisseux;
Rien ne me plaist, et si sius desireux;
Je m`esjois, et cource a ma pesee,
En bien et mal par Fortune menee.

   Prince, je dy que mon fait maleureux
Et mon prouffit aussi avantageux,
Sur ung hasart j`asserray quelque annee,
En bien et mal par Fortune menee.

-Великий Мерлин, какой красивый язык! Ты поёшь так, словно твоя душа полна печали и надежды одновременно.
Снейп кивнул, а затем сказал:
-Всё же нужно перевести, а то смысл моей работы над этой балладой пропадёт и, может быть, ты уловишь чувства, которые посетили меня во время нашей большой любви с Гарольдом. По крайней мере, я надеюсь, что ты достаточно чуток для этого:

Над родником от жажды умираю.
Я сам слепой, но в путь других веду.
Не то иззяб, не то в жару сгораю.
На взгляд дурак, а мудрых обойду.
Ленив, а льну к высокому труду.
Таков мой в жизни путь неотвратимый,
В добре и зле Фортуною хранимый.

День выиграю - десять проиграю.
Смеюсь и радуюсь, попав в беду.
В скорбях остатки силы собираю.
Печалуясь, часов счастливых жду.
Мне всё претит - всё манит, как в бреду.
В день счастья мается мой ум ранимый,
В добре и зле Фортуною хранимый.

Принц, я веду у всех вас на виду
Печалей и веселий череду.
Поры ль дождусь, лишь радостью сладимой,
В добре и зле Фортуною хранимый?

-Это всё тот же именитый маггл Карл Орлеанский, мой любимый поэт Позднего Средневековья. Баллада сложена для "Состязания в Блуа" - поэтических поединков, которые происходили в четырнадцатом - пятнадцатом веках при княжеском дворе в Бургундии, тогдашнем независимом государстве, центре маггловской высокой культуры - от стихосложения до манеры носить одежду. Я говорю всё это, чтобы отвлечь тебя от грустных мыслей, которые, как я вижу, посетили тебя после моего перевода.
Да, это был я, и никогда больше не буду таким потому, что Гарольда больше нет, и, значит, нет того наваждения зеленовато-голубых глаз, которое он принёс в мой дом….
Остались только наши с тобой глаза - чёрные и золотисто-карие.
Я больше не чувствую боли - она вышла вместе с песней. Я знаю, что мы оба пьяны, но хочу задать тебе вопрос:
-Нет ли чего-нибудь на свете, что бы я не мог сделать для тебя, мой Рем?
-Такая вещь есть: ты не можешь полюбить меня.

0

75

Надеюсь, дело движется к развязке?

0

76

Samira Да, осталось помучить читателей ещё три дня, считая сегодняшний. А что. прекрасная леди Samira, Вы уже устали от "чтива"? Если да, то приношу свои извинения -просто никак не могла написать короче...  8-) 
Да и зачем? o.O
Остаюсь в надежде на Ваш комментарий по всему фанфику после его завершения. Не обязательно писать много, Вы же умеете правильно расставлять акценты даже в небольших сообщениях. :writing:
С сим пожеланием, даже, лучше сказать, просьбой,
остаюсь, Ваша
Сира Сова.

0

77

Глава 47.

-Коньяк в баре кончился, да и была там только одна початая бутылка. Вызови своего Линки, пусть набьёт коньяком бар, а я буду наливать тебе, - торопливо проговорил Ремус, чтобы не ощущать физически молчания, повисшего в воздухе после его неосторожных слов и не смотреть в эти глаза, наполненные золотом, молчаливые, но, в то же время, так много обещающие, чёрные глаза.
-Линки! Твой молодой Хозяин умер. Вместо него будешь слушаться нового второго Хозяина - мастера Ремуса Люпина, сэра, и отныне ты должен отзываться на его зов так же, как и на мой.
-Слушаюсь, Хозяин, и слушаюсь Вас, Хозяин.
Чего изволите?
-Принеси груду бутылок простого пятилетнего коньяка, но хорошего, и поставь в бар, а ещё скотча, да побольше, и поставь его около моего кресла!
Устроим попойку во славу Героя, - небрежно сказал Ремус.
-Отличная идея! Кто кого перепьёт? А кто рефери?
-Без рефери, на слово Чести.
-Хорошо. Клянусь честью рода Снейпов.
-Клянусь честью рода Люпинов, да не возбранится мне это потому, что я изгнан из рода.
-Нет, тебе нельзя клясться честью рода, ты должен поклясться своей честью. Иначе всё будет не по правилам.
-Хорошо. Клянусь честью Ремуса Джеральда Люпина, волшебника-оборотня, изгнанного из рода.
-Вот так пойдёт, - удовлетворённо сказал Снейп, многозначительно помахивая здоровой рукой с пустым стаканом, - разливай.
Кстати, я вспомнил собственные слова о том, что сегодняшней бесконечной ночью мы изрядно опустошим запасы спиртного в этом доме. Но, не волнуйся, любимый… друг, у меня большие запасы.
Ремус отреагировал на паузу в речи Снейпа:
-Мы сегодня будем отсыпаться в твоей спальне?
-Да, если ты не против, но пойми меня правильно: это - не приглашение заменить мне Гарольда в постели. Поверь, он был уникален и неисправим - у него был комплекс пассивного партнёра…
Хотя я и просил его о большем, ну… ты понимаешь, но он даже не попытался действовать в этом направлении.
-А о чём ты думал, когда выбирал Гарри на роль Королевы?
-Я думал о тинктуре. Кровь, пролитая мною сегодня при переломе - есть выход тинктуры, связывавшей меня, уже помимо воли, с Гарольдом, ушедшим в свой мир, где не было места мне. Там царил лишь Альвур. Вижу, вижу непонимание в твоих глазах.
Я расскажу, только налей мне огневиски в чистый стакан…
Северус, как мог, заплетающимся языком, рассказал романтическую историю почти платонической  отроческой любви, как и клялся себе.

…Ремус долго, слишком долго молчал, ошеломлённый рассказом Северуса.
Только два вопроса мучали его, но он не осмеливался спросить:
"Почему ты никогда мне этого не рассказывал раньше?
"И значит ли твой сегодняшний рассказ, что ты окончательно принял меня за человека, которому можно доверить всё?"
Вслух же он принёс только скупые соболезнования, опоздавшие на двадцать пять лет.
Обычные,формулировки, ничего личного, что выдавало бы некую его обиду на Севера из-за молчания, тянувшегося на протяжении восьми лет истинной дружбы.
Они наполнили стаканы и выпили в память об Альвуре, за его, наконец-то, прекратившееся Большое Путешествие. Северус рассказал абсолютно все явления призрака Альвура, включая последнее.
-Так, значит, это Гарри увёл Альвура в заслуженное ими обоими Посмертие? - спросил Ремус.
-Да, - отозвался отрешённый после долгого рассказа Снейп, рассматривающий пляшущее в камине пламя, как нечто доселе невиданное. Он ушёл в себя.
-Может, споёшь?
-Нет настроения, а потом, я же пел тебе недавно.
-Это было… до. Целую вечность назад. Но всё же, когда ты взялся за эту балладу?
Когда Гарри стал всё чаще уходить?
-Ну, конечно, ведь до его "возвращения" из мира без Солнца он был вполне вменяем, и мы очень любили друг друга. Духовно, да и, что скрывать, телесно, но мне не давала покоя неудовлетворённость.
Понимаешь, я хочу не только овладевать, но и попасть в обратную ситуацию: чтобы овладели мной. Впрочем, к чему теперь все эти интимные подробности.
Хотя, как ни странно, в твоём присутствии я чувствую это желание быть познанным весьма сильно. Видимо, если бы мы сыграли Алхимичксую Свадьбу с тобой, Рем, не пугайся, я говорю "если бы", то Лилейной Невестой оказался бы я, и тинктура была бы более сильной и полной.
-Ты уверен?
Они выпили ещё по стакану.
Снейп помолчал, глядя на огонь, а потом просто взглянул на Рема тем же плавящим тело взглядом. Золото изливалось из зрачков и слепило глаза, ослепляло разум, растапливало границы и уничтожало прежние законы.
Ремус встал из кресла и подошёл к Северусу.
Потом наклонился и нежно, неумело ткнулся ему в уголок рта горячими губами, руки сами потянулись зарыться в пышные волосы , чтобы ласкать их, прижимая губы Севера к своим, и вдруг рот Снейпа, доселе плотно сжатый, раскрылся, губы стали мягкими и чувственными. Ремус нашёл силы в том золоте, что сейчас хлестало через край в них обоих, и ворвался языком в рот друга.
Золото, боги, сколько же золота!
Их поцелуй был неистов и дик, их языки яростно боролись "на опережение", каждый вкладывал в этот поцелуй, первый и, быть может, последний, всю ту любовь, что они сдерживали в себе столько лет: один, не замечая её и ошибочно полагая за чистую дружбу, другой - скрывавший свою любовь долгие годы под маской смирения, деликатности и воздержания.
Они целовались долго, захватывая лишь всё новые глотки воздуха и вновь устремляясь друг к другу.
-Пойдём, - снова предложил Северус, но Ремус был не готов морально к такому повороту событий и сказал любимому:
-Не сегодня, потом, позже.
Прости, мне нужно немного времени, чтобы привыкнуть к мысли о потери невинности.
А ещё я немного боюсь своим неумением причинить тебе боль.
-Хорошо, будь по-твоему, - всё также тихо ответил Север.
Они снова стали целоваться и ласкать друг друга, но их губы и руки не опускались ниже ключиц. Дальше пока было нельзя, ведь это не Поттер, который сейчас уже раздел бы своего Сева донага прямо на ковре у камина, нет, это нежный, и в то же время, дикий и необузданный, Ремус.
Наконец, желание и огонь в глазах обоих угасли, и они разомкнули объятия.
…-Знаешь, я думал, ты - совсем другой в страсти, - сказал Люпин.
-Я тоже иногда представлял тебя в постели и думал, что девственник не может так хорошо целоваться.
Ты действительно был нецелованным до нашего?..
-Да, действительно, если не считать редких прикасаний матери губами ко лбу, пока я был маленьким и ещё рос в семье.
-Рем, ты можешь не отвечать, если вопрос не по тебе: во сколько лет тебя укусил Грейнбек?
-В семнадцать, в октябре, в Хогсмиде, и меня тут же изгнали из рода. Правда, у меня с совершеннолетия, которое случилось летом, был окрытый счёт в Гринготтсе, на который ежемесячно приходили деньги от старшей сестры, Эльвиры, к тому времени уже вышедшей замуж в богатую нечистокровную семью, которая оказалась человечнее по отношению к оборотню. Если бы не Эльвира и её новая семья, я жил бы сейчас, как животное, в стае.
Я как раз доучивался в Хогвартсе, и старый добрый Дамблдор не изгнал меня, подобно семье, и не разгласил мою тайну никому из учеников. Я, правда, сам сказал другу Джеймсу Поттеру, а тот рассказал своим приятелям - Сириусу Блэку и Питеру Петтигрю. Ох, и доставали же они меня!
-А откуда Альбус, старый лис, узнал?
-Это было легко вычислить - я жил по лунному циклу, а в полнолуние уходил в Запретный Лес так далеко, насколько мог, и там трансформировался с жуткой болью, а потом бегал, гоняясь за мышами и зайцами, и снова страшная боль обратной трансформации. Бледность и вялость, резкое ухудшение успеваемости до и после полнолуния. Из жалоб и рассказов учителей сложилась ясная картина, и Дамблдор пригласил меня к себе. Я открылся ему со страхом, что сейчас меня и отсюда изгонят, но он, выслушав мои сбивчивые рассказы о Запретном Лесе, сказал лишь, что я слишком сильно рискую, находясь в нём в человеческом облике. Потом он некоторое время подумал и решил сделать для меня клетку в визжащей Хижине. Так, в декабрьское полнолуние на седьмом курсе я очутился в первый раз в клетке.
Думаю, не стоит говорить о душевных и физических муках голого юноши, оставленного всеми перед трансформацией, в предчувствии страшной, разрывающей мышцы и сухожилия, боли.
О том, как в ярости, оказавшись волком в клетке, я грыз сначала её, но, убедившись в прочности прутьев и повинуясь жажде сырого мяса и крови, стал рвать себя.
Потом, когда всё кончилось, тёмным декабрьским утром за мной пришли мадам Помфри с мазями и бинтами, и профессор Слагхорн с фиальчиками разных зелий.
Меня подлатали, так сказать, навели красоту, чтобы можно было отлевитировать в лазарет на сутки, а после в моей жизни были только клетки с толстыми прочными прутьями: в Хогвартсе и, позже, в доме, который я купил, маленьком доме с большим подвалом, где я своими руками построил себе темницу. Я так отчаянно копил на домик, что даже не купил парадную мантию на Выпускной Бал, случившийся через два дня после июньского полнолуния.
Они выпили.
-За то, что всё это в прошлом, забери его Мордред! - сказал Север.
-Как ты говоришь, лехаим! За жизнь без клетки! - сказал Рем.
Выпив, они поняли, что сбились со счёта, огорчились ненадолго и утопили грусть в последующих стаканах.
Забрезжил поздний декабрьский рассвет.
-Пора спать. Пошли, да не туда, ко мне. Не бойся, я тебя и пальцем не трону. Только Гарри жаловался на мои острые коленки и локти, так что, да поможет тебе Мерлин отоспаться в меру. Дел у нас завтра - только апппарировать к адвокату и и моему нотариусу, чтобы заплатить гонорары, но мне сначала нужно будет заглянуть в Гринготтс, снять побольше денег со счёта. За молчание юристам придётся доплатить круглую сумму, хотя это и прописано их профессиональной этикой. Но лучше перестраховаться - всё-таки велико искушение обнародовать информацию об умершем Герое, да ещё такую. Как ты считаешь, я прав, Рем?
-Ты, как всегда, логичен и разумен. Теперь узнаю настоящего профессора алхимии Северуса Снейпа. Подумай на днях о Школе, пожалуйста.
-Я уже всё решил - я возвращаюсь как можно скорее.
-Значит, во втором семестре. Я всё устрою, от тебя потребуется только однократное, пока, посещение Хогвартса на каникулах, ближе к концу, и несколько подписей с личной печатью, которую тебе изготовят.
-Да, и я стану твоим подчинённым.
-И мы будем жить под одной крышей.
-Ну, этого я не говорил. Я ещё не решил, как распорядиться всй этой недвижимостью, которой я теперь обладаю. У меня полно домов и два замка, аппартаменты здесь и где-то в Шотландии. Гарри говорил, это место было его любимым пристанищем, и он обещал показать его мне, но не успел…
Придётся теперь мне одному везде побывать, впрочем, при желании, ты можешь составить мне компанию.
Так они разговаривили, отвернувшись друг от друга и раздеваясь, чтобы лечь в постель.
-Кстати, я тебя уже видел голым, Рем.
-А я видел тебя в одних трусах, шёлковых.
-Когда?!
-Когда ты простудился, ещё в октябре, а я пришёл за Аконитовым зельем сам, не дождавшись от тебя приглашения погостить, ну, после того, как ты спас Гарри Эмульсионной Взвесью.
-А, вспомнил. Ты тогда так кричал, чтобы добудиться меня, а потом у нас была весёлая ночка, когда я свалился в обморок после передозировки Энергетического зелья.
Видишь, если мне напомнить хотя бы малость, я вспоминаю всё.
-Спокойного утра.
-И тебе того же. Особенно не пихайся.
Они заснули мгновенно, без сновидений. Словно добрый бог Сна решил подарить этим двоим счастье забыться, укрыться сном, как тёплым одеялом, в которое так приятно зарываться носом посреди ночи, когда камин погас, и остались только чёрные, с редкими проблесками золота, угли.
О, это золото! Сколько душ дано погубить Северусу Снейпу, волшебнику с чёрными глазами, в которых ради любви возникает золотое сияние, чтобы обрести, наконец, долгожданное, выстраданное счастье полноценной любви, без ущерба и горя.
Боги!  Сколько мучений должен был претерпеть Ремус Люпин, волшебник-волк с золотисто-карими нечеловеческими глазами, чтобы не погубить ни одной души, не заразить своим незаслуженным проклятием.
Дама Фортуна распорядится их судьбами, как пожелает её переменчивое сердце, а рыцарям не должно ослушиваться желаний своей Дамы. Совершать ради Неё, единственной, подвиги, сражаться на турнирах под Её девизом, слагать стихи и петь баллады в честь своей Избранницы.
Всё это было уже проделано и Северусом Снейпом, и Ремусом Люпином, но гордая Дама Фортуна только лишь этой ночью снизошла до своих добрых рыцарей и подтолкнула их к новому пути. Да не убоятся они того, что приготовила им их Дама…
…Они проснулись одновременно, от прикосновения друг к другу, вызвавшего магический выброс энергии, пронзивший их тела.
-Эй, друг, полегче-ка, ты всегда швыряешься своей стихийной магией по утрам? - спросил больной от похмелья Люпин.
-Я ничем не расшвыриваюсь. Если ты можешь отличить выброс магии от стихийного волшебства, то почему ты им не пользуешься? - прохрипел Снейп, спросонья, тоже жутко страдая от последствий неумеренных возлияний.
-Можешь не язвить, до меня всё равно не доходит, у меня голова раскалывается. Где зелье?
-Поищи на столике, можно вслепую, я, кроме Бодлера, там никого не храню.
-Нет тут ничего, кроме какой-то книги, - возмущённно пробурчал Ремус, - это твой Бодлер и есть?
-Как нет?! О, Мерли-и-и-н! Прийдётся мне ползти в лабораторию - мы забыли его захватить, когда ложились спать, заболтались, ко всем чертям… Сейчас, уже встаю, только ты отвернись, а то я тебя стесняюсь.
-Ну, ты же видел голых мужчин, чего же себя стесняешься. Дай посмотреть на твои "прелести", - глумился Ремус.
-Ладно, - смилостивился он, - зелье важнее твоей неземной красоты. Север, я уже отвернулся.
Снейп с трудом добрался до флаконов с Антипохмельным зельем, сразу выпил два, и другие два понёс Люпину.
Когда им обоим полегчало, они поняли, что надо срочно завтракать и заниматься делами, о которых говорили перед сном, а в три пополудни, ровно через сутки после похорон родственники и близкие усопшему магу волшебники собираются на совместный поминальный обед, роскошный, дорогой, изысканный, прося у великого Мерлина всеблагого Посмертия для ушедшего.
-Линки! Где одежда нового Хозяина?!
-Сейчас будет, - эльф протянул нескладные руки, и на них материализовалось траурное одеяние Люпина.
-Мне тоже надо одеться в чёрное, - сказал Снейп, и пошёл, одев тёплый шлафрок, рыться в гардеробе, где хранилось бесчисленное количество одежд всех оттенков синего и чёрного. Других цветов Северус не признавал, за исключением церемониальных случаев, которых нельзя было избежать, оставшись в "своей" цветовой гамме.
Он выбрал одежду - традиционный траур рода Снейпов, всё с таким же характерного покроя сюртуком. Всё иссиня-чёрное, как волосы самого представителя рода.
Как всегда, полчаса на приведение себя в порядок, ещё один приказ Линки перенести все умывальные принадлежности нового Хозяина в ванную, а умершего Хозяина - уничтожить, за исключением шампуня, общего выбора обоих Хозяев - и умершего, и появившегося.
-Я помню, как впервые удивился, почуяв аромат шампуня Рема на волосах Гарри, это было незабываемое впечатление близости этих двух людей. Тогда, до Диккенса, совпадение, признаться , поразило меня. Целуя волосы Гарольда, мне казалось, что я ласкаю друга.
Тогда это показалось мне извращением, вызванным неопределённым состоянием разума в миг любви, а теперь, после наших с Ремом страстных пьяных поцелуев это кажется даже вполне естественным, - думал Северус.
После быстрого завтрака прошлись пешком по Диагон Аллее  от банка к нотариусу  Снейпа, проживавшему в этом престижном месте. Тот оценил траур обоих мужчин и быстро связался через камин с адвокатом Гарри:
-К Вам, мистер Спиннс, Ваши долгожданные гости.
-Шагайте в камин, - обратился нотариус, получивший сверх меры за оказавшиеся ненужными усилия, к посетителям.
Так они оказались у адвоката, чтобы "выкупить" Дозволение на Венчание, готовое и, так же, ненужное более.
-Я ждал вас, господа, - произнёс надменно юрист, -и если бы вы не появились по истечении суток со времени похорон моего, увы, бывшего клиента мистера Гарольда Джеймса Поттера, я вынужден был бы получить причитающийся мне гонорар иным способом, думаю, вы понимаете, каким.
Но, что ж, ваше счастье - вы успели.
-А как же юридическая этика? Я осведомлён о ней, мистер э…
-Спиннс, мистер Цезариус Спиннс, чистокровный маг.
-Тем более, ведь честь чистокровного мага не позволила бы Вам сыграть подобную шутку с этим, к сожалению, уже ненужным ныне, документом.
-Мистер Снейп, что Вы обо мне думаете? Я просто уничтожил бы документ, не взяв с Вас ни галлеона. Но Вы оказались благороднее в поступках, а не в мыслях. Что ж, учитывая состояние, в котором, Вы, верно, сейчас пребываете, я прощаю Вас. Давайте забудем этот инцидент, пусть в наших сердцах останется только памаять о Герое магической Британии, столь быстро покинувшем сей мир.
-Да воздастся ему в Посмертии! - закончил Северус речь напыщенного, болтливого мага, тем более, что его фамилия была Снейпу неизвестна, а, значит, недостаточно чистокровна.
-Да будет так! - ответил ритуальным словосочетанием оборванный на половине продуманной речи адвокат, -а что он мог ещё сказать?
Только то, что он собирался продать документ в редакцию "Daily Prorphet".

0

78

Глава 48.

Вернулись только к двум пополудни и сразу пошли в супермаркет. Магглы во все глаза смотрели на "прежнюю" пару, удивляясь изменчивости вкусов нетрадиционно ориентированного, но приятного в остальных смыслах, мистера Снейпа: с ним можно было перекинуться парой фраз о погоде или узнать котировки акций на Лондонской бирже на текущий момент (Снейп сам себе удивлялся, но названные цифры никогда не расходились с реальными) или что-то ещё в таком же благовоспитанном роде. Его нынешний, вернувшийся  спутник, прятной мягкой наружности мужчина с глазами странного "собачьего" цвета также производил приятное впечатление на соседей, в отличие от жившего с мистером Снейпом на протяжении полутора месяцев молодого человека со слишком яркими, живыми глазами и порывистыми движениями. Кроме того, он был замечен на улице, целующим импозантного мистера Снейпа.
Северус и Ремус, возвращению которого магглы только радовались, и это было заметно, набирали крупы и полуфабрикаты, вино и деликатесы к обеду.
…Обед готовился, по традиции, домовым эльфом, а Север и Рем набирали градусы, распивая скотч, оба. Север, наконец, после долгих пяти лет, вновь снизошёл до этого напитка, и ему показалось, что он, и впрямь, ненамного хуже "Огденского".
Потом тянулся долгий церемонный обед с пятью переменами блюд: холодные закуски, затем горячие, суп, горячее, десерт.
Были произнесены все традиционные пожелания усопшему в Посмертии и просьбы Мерлину заботиться о духе покойного.
Потом был скотч, много скотча, и жуткая, сводящая с ума, боль, сменившаяся… вожделением.
Так, три дня подряд, отмечали Снейп с Ремусом поминки по Гарольду.
Но пришло время оторваться от скотча и огневиски с жаркими поцелуями в перемешку. Постепенно ласки становились всё более откровенными, мужчины любили друг друга, расстёгивая сюртук Снейпа и рубашку Люпина.
Северус удивлялся огромному нерастраченному сексуальному потенциалу  своего друга-любовника:
-Неужели и я сам казался Гарольду таким же опасным хищником, дорвавшимся до добычи?
Нет, - говорил себе Снейп, - я сдерживал свои страстные порывы силой разума, а вот Ремус отдаётся любви целиком, невзирая на условности, хотя нет, он очень печётся о своей невинности, отчего-то боясь её, наконец-то, лишиться. Что творится в уме Рема? А не прочитать ли, мягко, незаметно, во время очередного поцелуя?
И Северус сделал это, поразившись эмоциональной, не такой красочной, как у Гарольда, но более ёмкой полноте созревшего чувства Ремуса.
Да,  Ремус был практически готов пойти на физическое сближение, но врождённая деликатность не давала выказать свою жажду любви во всю мощь практически сразу после смерти Гарольда.
Надо было ждать, пока Рем не посчитает их траур законченным.
Я сам полагаю, что сполна отбыл свой "срок" с опийным наркоманом, разделяя с ним отравленную тинктуру. Я хочу, как можно быстрее, снять траур и заняться дальнейшим устройством своей жизни, искорёженной внезапным, как вихрь, вторжением Поттера, незваного и, долго нежеланного. Лишь, в некоторой степени, пыткой, пыткой своей неукротимой любовью, Гарольд завоевал моё сердце, и я отдался порыву, показавшемуся мне неземной, нездешней страстью, устроив даже Алхимическую Свадьбу с подложной Лилейной Невестой.
Это я, Северус, должен был исполнять её роль, чтобы познать счастье быть Лилейной Невестой, а не играть чуждую мне роль Красного Жениха. Недаром я выдвинул Гарри первый ультиматум, тогда, на улице.
Там нужно было остановиться и расстаться, но слишком много золота в глазах было у меня тогда, и оно ослепило нас обоих в тот миг, когда Гарольд произнёс ложную клятву.
Да, я выручил его, создав ту композицию из зверей и людей на пергаменте, но это была перверзия, а не здравый смысл, подсказываваший:"Не так, не так…"
И всё пошло не так…
Но ведь Гарри на следующее утро был так прекрасен в наряде Невесты, а мне вполне подошёл костюм Жениха.
Однако костюмы придумывал и рисовал я сам, подстраиваясь под реалии Свадьбы, и ведь нам было хорошо, очень хорошо вместе, наши темпераменты подошли друг другу.
А как же неизбежная боль Гарри и моя неполная удовлетворённость?
Нет, могло, могло быть лучше. Сейчас, достаточно невинно лаская Рема, я чувствую больше, нежели при соитии с Гарольдом. Моё чувство полнее и… спокойнее, что ли. Меня не так тянет к дальнейшим, более откровенным отношениям, но я, почти что, счастлив, просто купаясь в ласках Рема и сам лаская его в ответ, целуя лицо, шею, ключицы, проводя рукой по груди, покрытой густой растительностью, а он сам смеётся моей безволосой груди, говоря, что представлял меня таким же волосатым, как он сам.
Мы не можем пойти дальше… пока, но "и это пройдёт", как говорил еврейский маг и царь Соломон, мудрейший и сладострастнейший из волшебников, о которых сохранились воспоминания.
Сегодня утром Ремус аппапарирует в Хогсмид и направится в Школу, чтобы созвать экстренный педсовет в связи с моим возвращением. Как воспримут мои будущие коллеги эту новость? Думаю, никто, кроме мадам Помфри  и профессоров Спраут и Синистры не будет этому откровенно рад.
А уже послезавтра к Школе аппарирую я, чтобы войти под древние чертоги вновь и, надеюсь надолго, если не навсегда, чтобы стать преподавателем и деканом любимого Дома, Дома, основанного могучим магом Салазаром Слизерином, Домом, предназначенным только для чистокровных юных волшебников, да нескольких выдающихся магическим потенциалом полукровок, Домом, в котором учатся "сливки" Хогвартса, как по происхождению, так и независимому характеру, не позволяющему им сбиться в стаю, наподобие Гриффиндорских "волков" или Хаффлпафского стада "овец", или умных, но слишком надутых собственной спесью Рейвенкловских "орлов".
В моём Доме все поодиночке и, в то же время, за обиду одного платят все, и это справедливо.
Надо добиться вручения Кубка Школы моему, вот уже вскоре не в мечтах, а в реальности, факультету в этом же году.
Да, не забыть утром спросить Ремуса об успеваемости моих "змеек".
Но Ремус спит, лёжа на боку, повернувшись ко мне. В этой позе он и заснул. Похрапывет. Гарольд никогда не храпел, просто было некогда - мы дарили друг другу любовь, пусть неумело, но доставляя взаимную радость, вот только мне не хватало всегда одного и того же,  хотя бы его пальцев внутри меня и ласк, таких же, как я доставлял ему этим простым способом, как единственный раз это сделал мой милый призрак, после страшной смерти отца, когда  Альвур был отмщён.
Ладно, хватит вспоминать былое и мечать о будущем, пора бы и мне заснуть, но сердце колотится, я обливаюсь холодным потом, да что со мной?
А-а, желание, не вовремя вспыхнувшее, всё равно ему не реализоваться сейчас, я даже не хочу будить Ремуса, как будил Поттера от любого всплеска возбуждения, как и он будил меня, целуя в ухо или поглаживая живот. А вот Ремусу я ещё не показал свои любимые ласки, сам-то он возбуждается действительно легко, как и говорил когда-то, от одного лишь прикосновения, даже через рубашку.
Надо научить его носить сюртук, но у меня в гардеробе вряд ли найдётся подходящий по размеру - у Рема широкие плечи и грудь, а подгонять какой-нибудь из старинных, Снейповского покроя, я не хочу.
Пусть это будет моим подарком Ремусу - классического покроя тёмно-коричневый сюртук. Он прекрасно обрисует его фигуру и защитит от чужих нескромных взглядов, например, этого профессора Найджела, этакого Драко в профессорском обличии.
А ведь его уволят, но вот Невилл пускай остаётся, пусть ведёт первые два курса, всё мне поменьше будет хлопот, но если мы не сойдёмся характерами или разойдёся в методике преподавания, бедному молодому профессору Лонгботтому тоже придётся уйти…
Однако профессор Лонгботтом по завещанию его бабушки будет весьма обеспечен, по крайней мере, я так думаю. Миссис Логботтом - чистокровнейшая ведьма и наследница своего рода и рода мужа, двух очень богатых семей, и она все свои богатства завещала внуку.
Он сможет заниматься алхимией, как это делал я здесь, в этом доме, для своего удовольствия и по зову сердца.
Но, всё же, я приношу всем только боль. Почему о, маггловский Бог?
Впрочем, почему я должен заботиться о судьбе неудачников - похотливого козла Найджела, которого взяли в Школу лишь из-за крайней необходимости в преподавании Продвинутых Зелий, чтобы большинство посещающих его предмет студентов вскоре после выпуска стали бы бесчеловечными ублюдками-Аврорами?
Или думать о медлительном и, попросту, ленивом Лонгботтоме, который, видите ли, мой учебник прочитать не в состоянии?
Какой-то я стал злой, желчный.
Вот вернусь в Хогвартс и снова стану Ужасом Подземелий, Вампиром, вот только Сальноволосым Ублюдком я, к сожалению студентов, я уже не стану - буду, по-прежнему каждое утро отводить по полчаса на свою персону.
Всё, спать.
Северусу снился сон о споре Альвура, Гарри и Рема за право первому поцеловать его, Лилейную Невесту. Он восседал в Поттеровской мантии на троне, а они подходили по очереди, изысканно раскланивались и произносили пламенные речи, завершая их рондо на заданную тему: "Мир утомился от меня. Я утомился от него", как на состязаниях в Блуа. Все трое мужчин были в средневековых одеждах магов, отличавшихся большим количеством надеваемых друг на друга одеяний так, чтобы была видна хотя бы небольшая часть каждого, и плащом вместо мантии.
Альвур сиял неземной красотой и изяществом, Гарри брал верх пылкостью стихов и взглядов, от которых становилось жарко, и только Ремус, облачённый, почему-то, в цвета дома Снейпов, скромно вышел последним, с грацией ручного зверя, раскланялся и произнёс на старо-французском всё рондо Карла Орлеанского без запинки.
-Ты, -сказала Лилейная невеста - Северус, - ты, сэр Ремус Джеральд Люпин, можешь мне объяснить, почему надел цвета моего дома?
-Потому, что, о, сладчайшая Дама, это Ваши цвета. 
-Почему никто из вас, оставшихся со мной, не сделал так же?
Альвур сказал:
-Я не осмелился, прекрасная Дама, но вместо Ваших, надел цвета моего благородного дома, который может сравниться чистокровностью с Вашим.
Гарри сказал:
-Я низкородженный эсквайр, получивший звание рыцаря за то, что победил одного из сильнейших Тёмных магов в честном поединке.
Ремус добавил:
-Мой род осквернён вейлой, но с тех пор все мои предки сочетались браком только с чистокровнейшими родами. Быть может, сладчайшая Дама простит моему предку увлечение магией вейлы, тем более, что у них не было потомков - вейла убила своего недостойного имени Люпинов мужа.
-Я прощаю тебя, сэр Ремус Джеральд Люпин.
Вы, сэр Моальворус, были близки мне когда-то, но потом сами отвергли меня.
Вы, сэр Гарольд,  были моим избранником, но так же отвернулись от меня и покинули по своей воле.
Лишь сэр Ремус любил меня долгие годы тихой, безнадёжной, но преданной любовью, потому я одаряю его сейчас своим выбором
Сэр Ремус, Вас я выбираю Красным Женихом, и да будет тинктура наша тесной и плотной, дабы чувствовали мы влечение и любовь великую всю жизнь! Целуйте меня!
…Кто-то выдернул Северуса из сна, и этим некто оказался вовсе не прекрасный рыцарь в тёмно-синих одеждах с золотисто-карими глазами, а обычный заспанный, всклокоченный Рем, листающий том Бодлера:
-Прости, что разбудил. Знаешь, мне нравятся эти стихи, хотя я и половины смысла не улавливаю.
-Ты выучил французский? Когда?
-Немного подучился, но не в таком совершенстве, чтобы понимать стихи полностью. За то время, которое ты провёл с Гарольдом.
Я был тогда очень одинок, мне не спалось, пить одному не хотелось. Я применил слабые Лингвистические чары, а дальше пошло легче. Так и выучил. Мне, конечно, не выучить старо-французского, но кое-что я буду понимать в следующий раз, когда ты споёшь. Я уже в этом убедился, когда ты пел о страждущем от жажды над родником, о себе и своей печали.
Он отложил книгу на место и сказал:
-Можно, я первым в душ, а то мне следует успеть к завтраку в Большом Зале?
-Можно, но я думал, ты хоть часть утра проведёшь со мной - мне приснился такой странный и красивый сон. Я хотел рассказать его тебе после завтрака за бутылочкой Малфоевского вина…
-Сегодня после завтрака в Хогвартсе у нас педсовет по поводу тебя. Будет закрытое голосование. Пока не начались каникулы.
-Тогда, боюсь, у меня мало шансов.
-Напротив, уверен, абсолютное большинство будет "за".
Ты - это устойчивость, разум школы, великий учёный с мировым именем, строгий, но умелый преподаватель, всегда готовые зелья для Больничного крыла, наставник и "отец" Слизерина, который так необходим факультету, самостоятельно сражающемуся за себя - один против всех, конечно, в основном, Гриффиндора.
-А кто его декан?
-Профессор Блез Забини.
-Что?! Мой воспитанник Блез, Слизеринец, хотя и державшийся всегда в стороне от всех и вся…  декан Гриффиндора! Невероятно, но как?
Впрочем, иди в ванную, тебе пора, потом расскажешь.
-А в твоём сне был я ? - крикнул Ремус из ванной, включая воду.
-Был, и не только ты.
-Не забудь потом рассказать! - с трудом перекрикивая шум воды, воскликнул Рем.
Он скоро вышел, с полотенцем на бёдрах.
-Этот Линки, я его когда-нибудь так поблагодарю… Он не положил в ванной белья.
-Линки! Бельё Хозяину и - спасибо тебе огромное!
-О, нет! Линки очень плохой, он забыл о белье для нового Хояина, Хозяин прав, что так жестоко поблагодарил Линки!
-Хватит! Быстро трусы, - вмешался Люпин.
Северус тем временем бесцеремонно пялился на почти обнажённую поджарую, мускулистую фигуру друга-любовника. Он был бы очень хорош в постели, с этими чудными упругими мышцами под гладкой, на груди и животе густо покрытой волосами, белой, как у самого Снейпа, кожей. Откуда у него такая "чистокровная" белая кожа?
Надо будет покопаться в "Тайных знаниях о чистокровных семействах волхвов земель Англов, Валлийцев и Скоттов", составленных в двенадцатом веке монахом из Гластонбери, который и сам происходил из вымершей к восемнадцатому веку чистокровной благородной семьи.
Люпин не стеснялся откровенно оценивающего взгляда ярких, блестящих чёрных глаз, а, кажется, напротив, слегка поигрывал мышцами груди и пресса, так сказать, для создания общего образа человека-волка. Он любил, когда Север называл его так, это больше подходило его характеру, чем страшное слово-приговор "оборотень".
-Что ж, человек-волк, я нарушил этой ночью торжественную клятву, принесённую именем маггловского Бога, и за это Он меня обязательно покарает.
-О чём ты?
Линки принёс-таки трусы, а остальная траурная одежда лежала аккуратной стопкой на кресле, и Ремус принялся быстро одеваться.
-Я заглянул в твой мозг, аккуратно, но… я не смог удержаться. Ты распалил моё воображение, и мне показалось, что в тебе проснулся зверь.
-Так кто кого из нас двоих больше боится? - со смехом, открытым смехом после такого страшного признания Севера, сказал Рем, - я не в обиде на тебя, напротив, я рад, что ты сделал это.
-То же самое сказал и Гарольд, но он сам упрашивал меня о Легиллеменции, чтобы заставить меня поверить в искренность, а, главное, долговечность своей любви, которая тогда была на пике между невинностью и грехом.
-Да, я заметил, что он тоже зачитывался Диккенсом, а ещё ты оставил его шампунь потому, что мы оба пользовались им, но теперь я сменил его на другой, медовый. Тебе нравится запах липового мёда и свежей листвы с оттенком маракуйи?
-Не знаю, но это должно быть нечто оригинальное. Как ты добился такого аромата? - спросил Снейп, очарованный им после того, как понюхал прядь волос Люпина.
-Я смешал два шампуня.
-Я сварю тебе такой шампунь, но добавлю ноту луговых свежескошенных трав. Тогда запах получится более родной, английский, но при этом сохранит экзотичность маракуйи и даже усилит её. Хочешь?
-Конечно. Ведь это будет только мой, единственный и неповторимый запах.
Я готов, осталось в холле одеть пальто и обувь. Всё собираюсь купить себе такие же ботинки, как у тебя - высокие и элегантные.
-Они стоят кучу денег, но… в общем, скоро Рождество. Только их нельзя покупать без примерки, в том магазине куча долей размеров и полноты.Так что пойдёшь вместе со мной. Хочешь?
-Боги, как же я хочу, чтобы скорее настало Рождество. У меня уже есть для тебя подарок, но придётся подождать.
-Это то, о чём я думаю?
-И да, и нет, но это должно тебе понравиться.
Они вышли в холл: Ремус в траурном одеянии и Северус в лазоревом, самом светлом из допустимых цветов Снейпов, шлафроке.
-Я буду ждать известий о сегодняшнем мероприятии. Надеюсь, я смогу вернуться в Хогвартс.
-Да не волнуйся ты, словно невеста перед Венчанием. Всё пройдёт замечатально, до скорого послания, Север. А пока свари мне шампунь и напиши статью, о которой ты говорил сегодня ночью.
-Не помню.
-Так вспоминай.
Ремус аппарировал.

0

79

Итак, осталась последняя глва "Лилейной Невесты".
Обращась ко всем читателям, скажу:"Спасибо."
Спасибо, что были с моими героями, а, значит, и с частичкой моего сердца, всё это долгое время.
Спасибо, что перешли, вслед за мною, на этот, новый форум - вы, самые преданные почитатели сего "Романа".
Надеюсь, что оправдала Ваши ожидания. По крайней мере, мне бы очень хотелось так думать.
Для подтвердения  или, напротив, опровержения своих мыслей, позволю себе сделать трёхдневный перерыв между первым фиком и вторым, читка которого продолжается, но половина уже готова к выкладке на этот форум, для получения от вас отзывов и пожеланий по вот уже сегодня заканчивающемуся фику.
Право, мне, так долго будучи лишённой ващих комментариев, хотелось бы увидеть собственными глазами написанные вами строки.
Следующий фанфик "Хоуп, или Легенда о Жещине" будет выкладываться здесь же, повторяю, на этом же форуме через три дня, не считая сегодняшнего, в который вы уже можете начать писать большие и малые рецензии и комментарии.
Надеюсь и жду.
С сим остаюсь, ваша
Сира СОва.

0

80

Глава 49.

Близилось Рождество, и Север с Ремом отправились в «Jimmy Choo» с его экзотическими сапогами - уважаемый обувной бутик в центре Лондона, на одной из оживлённейших улиц - Conduit Street.  В магазине был такой выбор высоких элегантных тёплых ботинок и сапог, что Ремус сразу растерялся, а Северус, на удивление Люпина, не побрезговал помощью маггла, подошедшего к посетителям незамедлительно. Ремус чувстсвовал себя неуютно, когда на его персону обращал столь пристальное нимание маггл. Сам он, в принципе, был даже знаком лично с несколькими магглами, которых они с Северусом встречали в своём квартале или в супермаркете, и даже в "Наваждении" знали метрдотеля по фамилии. Но сейчас всё профессиональное внимание маггла доставалось его ногам, к которым приносили всё новые коробки разных размеров того фасона, который выбрал за Рема Север, иначе Ремус ни на что бы не решился, а просто ушёл бы ни с чем. Он привык к обувному магазину на Диагон Аллее, где обувь магически подгонялась по ноге в разумных пределах. Здесь же всё было иначе - это его ноги подгоняли под уже готовую обувь.
Наконец, осчастливленные, оба мага покинули магазин.
-И что теперь? -спросил Север, улыбаясь, - попразднуем в честь долгожданной обновки, которую прибережём и попробуем засунуть в носок? У нас ведь будет ёлка, Рем? -с неожиданной, немного испуганной надеждой в голосе спросил он.
-Конечно, будет, а попразднуем в Школе. Сегодня Святочный Бал.
-И я, как представитель преподавательского состава, обязан теперь на нём присутствовать, как прежде, при Альбусе и потом, в год Большого Несчастья, то есть моего директорства?
-Нет, ты не обязан, просто там будут твои воспитанники, красивые, ухоженные. Посмотришь на них, изучишь повадки каждого... Я ведь знаю твою зрительную память. Ты даже с закрытыми глазами можешь найти ту мою заветную родинку, от которой я завожусь, как "Хогвартс-Экспресс".
-Про родинку ты правильно сказал, и я знаю много твоих тайных местечек выше пояса брюк, которые ты так боишься, хотя бы, расстегнуть, - подколол в тему Снейп.
-А вот насчёт моих "змеёнышей" ты, пожалуй, прав только на половину. Насколько я помню, к таким событиям, как школьные балы, студенты готовятся  загодя, выкладывая на эти "Ярмарки Тщеславия", кстати, ты уже прочёл её? Так вот, они показывают всё самое лучшее, чтобы покрасоваться, как павлины Люциуса. Мне же нужно увидеть их в нормальной учебной обстановке, познакомиться лично, поговорить с советом.
-Теккерея я прочёл, не понравилось.
Уверяю тебя, с советом ты сможешь хорошо пообщаться на балу, они со своими девушками всегда стоят на страже Слизеринских законов чести и никогда не позволят выпившему от души пунша пятикурснику пригласить Гриффиндорку на танец.
-Неужели во время моего отсутствия, даже несмотря на войну, которая сблизила многих бывших школьных неприятелей, пропасть между этими Домами стала ещё глубже?
-Север, это же другое поколение. Когда была война, твой совет был ещё на первом - втором курсах. Для них история с жизнью и падением Волдеморта уже в прошлом, равно как и память, такая короткая детская память об ушедшем в Посмертие Герое.
Знаешь, все эти дети в Хогвартсе относились к Гарри, извини, Гарольду, как к машине смерти: для них он родился, победил Волдеморта, некоего чрезвычайно жестокого расиста, и умер потому, что выполнил Пророчество, которое каждый маг теперь знает наизусть, став, по-просту, лишним в пиршестве послевоенной жизни, как последний солдат, хотя мы с тобой тоже воевали, но Мерлин или твой маггловский Бог сберегли нас друг для друга.
Ради меня, Север, пошли на Бал, у меня для тебя сюрприз, о котором здесь я не могу тебе сказать.
-Ещё один сюрприз, до рождественского? Я готов пойти хоть на великосветский раут, чтобы потом…
-Не горячись, Север, это - не то, о чём ты думаешь вот уже пол-месяца, но всё равно приятный вариант для нас обоих, если ты найдёшь его осуществимым.
-Всё же , звучит многообещающе, но я оденусь в свой традиционный праздничный наряд, дозволенный Снейпам. Ты уже видел меня в традиционном снейповском сюртуке? Кажется, я одевал его пару раз при тебе. По твоим глазам вижу, что это - неверное решение, боюсь одежда моих предков может показаться черезчур вычурной, так не лучше ли мне одеться в чёрное?
-Нет, ты ошибся, одевай фамильный сюртук - это подходит для моего сюрприза.
Они доехали до Уэст-Энда на подземке, так как аппарировать в центре суетящегося в предрождественской гонки Лондона было невозможно. Остаток пути от станции до дома Снейпа Ремус прошёл в новых ботинках, переобувшись сразу при выходе наверх на потеху респектабельной публике, вышедшей вместе с ними. Магглы, хоть и процветающие, не чуждались своей первой в мире, и оттого, такой запутанной, подземки.
Выпив дома по две бутылки Малфоевского вина, они слегка захмелели, и Северус скоро перебрался  на соседний стул с Ремусом, и снова начались жаркие объятия и поцелуи с, уже нескромными распаляющими, ласками. Северус позволял любовнику "играть" со своим членом и удовлетворять себя его руками, но вот Ремус не сдавался.
-Пока, - в который раз после очередной неудавшейся попытки залезть в штаны излишне целомудренному Рему, говорил себе Снейп.
Они разрядились оба одновременно. Как это получалось у Рема, Север не мог понять, но важен был результат - оба бледные, с отхлынувшей от лица кровью, запыхавшиеся и довольные. Потом Север долго ласкал волосы Рема, значительно отросшие со времени последней стрижки в сентябре (он попросил любовника отрастить волосы до плеч, говоря, что тогда ни одна девица не устоит перед очарованием заместителя Директрисы, вызвашего её на ковёр за недостойное поведение, и станет кроткой, аки голубица).
Снейп полностью, вплоть до плаща, был готов к аппарации. Ремус тоже догонял любовника в приведении себя в относительный порядок, заправляя рубашку и застёгивая подарок Севера - сшитый специально для него известным модельером шоколадного цвета сюртук классического кроя. Он не любил многослойной одежды, особенно магической, но, ради Севера готов был бы одеть даже сюртук Снейпов.
Они аппарировали, крепко обнявшись. Вместе взошли по ступеням главного входа, после чего Ремус, извинившись, отправился в свои аппартаменты, чтобы переодеться к балу и предоставил Северуса всегда загодя готовой Минерве МакГонагалл, Директрисе Хогвартса после года Большого Несчастья. Она приветливо встретила профессора и провела его в предназначавшиеся ему по Уставу Школы личные комнаты, где оставался стойкий запах табачного дыма от сигар профессора Найджела.
Северус решил пока не заниматься переустройством комнат по своему вкусу, а придвинул имеющееся кресла к очагу и призвал откуда-то первое попавшееся спиртное. Им оказался винный пунш с Кухни.
-Придётся, как отроку, насасываться этим пойлом, - с ностальгической мыслью о коньяке подумал Снейп, - вот зараза, этот Найджел - накурить накурил, а всё спиртное забрал подчистую.
Угостившись с Минервой пуншем, он выпроводил её достаточно быстро, да и у неё не было особого желания перед балом портить себе настроение с этой талантливой язвой Снейпом.
Северус, оставшись один, сотворил рюмку коньяка и выпил её залпом - после натопленного маггловского дома в подземельях особенно остро ощущались холод и сырость.
-Я мог жить здесь, только будучи прежним - вещью Дамблдора, но не останусь и на сутки теперь. Я потребую себе новые аппартаменты, и пусть ищут их хоть в четвёртом измерении.
В дверь постучали.
-Входите, профессор Люпин.
-Для тебя, по-прежнему, Ремус. Только постарайся на публике не звать меня "Рем", а то… знаешь, пойдут слухи…
-Так зачем ты притащил меня в Школу, если боишься каких-то слухов? Они всё равно, рано или поздно, пойдут. Так не лучше ли просто сразу подтвердить их? - сказал Снейп, крепко целуя Ремуса, одетого достаточно дорого для его жалования.
-Ты выглядишь превосходно - тебе нужно отдавать дань одежде волшебников потому, что она красит тебя, и оставить свои привычки надевать под мантию маггловские брюки, тебе нужны шоссы.
Хотя для первой попытки… Ты ведь так разукрасился для бала или для меня?
-Эти составляющие являют целостность для моего сюрприза.
-Когда ты раскроешь его?
-Узнаешь на балу.
-Выпьем. Мне, как видишь, коньяк, а тебе - держи стакан, - скотч, хоть мы и в магическом мире, но удобоваримый скотч я создать ещё могу. Стакан наполнился до краёв, Рем отхлебнул:
-Замечательно! Но больше мне не давай, а то сюрприза не будет. Мы просто наберёмся в этих холодных подземельях так, что не выйдем на бал.
-Кстати о подземельях: я не собираюсь оставаться здесь до утра, мне зябко.
-Рассвет ты встретишь в моих комнатах, а об этом… что ж, надо подумать, скорее, Выручай-комнату можно расширить магически и придать ей статическое состояние, которым ты займёшься,  наверное завтра, после оформления всех документов, а это одни подписи и печати.
-А как же студенты обойдутся без знаменитой Выручай-комнаты?
-Я или Минерва позаботимся о том, чтобы она переместилась в эти аппартаменты. Пускай их помёрзнут, затевая коварные планы.
Идём, бал сейчас начнётся, а тебя надо ещё представить. Только не сверкай на них сразу глазищами, а то у них испортится впечатление о тебе. Боги, Мерлин, я так волнуюсь!
-Даже после стакана скотча?
-Ну, что он для меня, ты же знаешь мои запросы. Но не волнуйся, после бала мы будем пить из моих запасов, у меня припасён даже французский абсент, не говоря уже о коньяках и "Огденском" в твоих излюбленных пятигранных бутылках.
-То есть, мы кутим сегодня ночью у тебя? Это и есть твой сюрприз?
-Да, мы пьём и поём у меня, но сюрприз будет на балу.
-А не рано ли представлять меня? Ведь подписи и печати ещё не поставлены.
-Но голосование прошло успешно. Ты же не откажешься теперь возглавить Дом Слизерина?
Они вышли, соблюдая иерархию - сначала Люпин, за ним - Снейп и, войдя в Большой Зал, уселись так, что кресло Северуса оказалось возле ремусова, справа от МакГонагалл.
Представление нового профессора, дважды обладателя ордена Мерлина первой степени (первый - за Последнюю Битву, второй - за пройденную от начала до конца войну с Пожирателями), ивзвестного в мировой науке Мастера зелий, будущего преподавателя Зелий и, наконец, нового декана Дома Слизерина, было воспринято аудиторией мирно, с вежливыми громкими апплодисмиентами.
-А он ничего себе.
-Просто красавчик, по сравнению с остальными.
-Нет, он без всякого сравнения , красавчик, только вот нос у него…
-Как у древнеримского патриция.
-А это кто?
-Я училась в маггловской школе, мы проходили историю магглов…
-Маггловедение?
-Да нет же, историю маггловской цивилизации, а не только изобретений.
Так там в учебниках были нарисованы монеты с такими вот профилями.
-Девочки, да он просто еврей, он похож на мою бабушку Джудит.
-Ну, всё равно, я бы хотела, чтобы он прошёл мимо и почувствовать его запах. Такой мужчина!
-Да он, просто, старый…
-…И выдержанный, как коньяк.
Такого рода разговоры велись среди девичьей половины Хогвартса.
Профессоры Спраут и Элиза Синистра лично выразили профессору Снейпу своё почтение.
-Это мои поклонницы, только теперь они с трудом узнают меня. Я же был вечно одетым в чёрное сальноволосым шпионом Альбуса, вещью, до которой они снисходили во время научных споров за столом в учительской.
Наконец, Святочный Бал объявили открытым, и заиграла музыка - вальс, старомодный вальс.
Дети танцевали с неохотой, потом на смену пришёл современный быстрый танец, которому они отдали предпочтение. И вдруг заиграл менуэт, старинный французский придворный танец. Дети недоумённо слушали неизвестную им причудливую композицию, когда Ремус расправил мантию, встал, обошёл по вежественным чистокровным канонам кресло Северуса и поклонился ему, прошептав еле слышно:
-Это мой сюрприз… Как видишь, я не боюсь слухов.
Северус встал, церемонно подал руку Ремусу, и они вышли из-за стола на середину зала, где, пред изумлёнными взглядами обитателей Хогвартса исполнили по всем правилам па старинного сложного танца. Они танцевали в одиночестве этот медлительный, рвущий душу на части, танец - оба гибкие, грациозные. Один - с человеческим, а другой - с каким-то  звериным изяществом.
Танец закончился. Раздались настоящие овации. Рукоплескали все - от Директрисы до третьекурсников, впервые попавших на бал. Педагоги поднялись со своих мест и рукоплескали, стоя. Те, кто постарше, курса с пятого, рукоплескали осмысленно, как им казалось: новый учитель Зелий и профессор Люпин - оба чистокровные маги и не скрывают этого. Дети знали, что таким танцам обучают наставники, которых нанимают или приглашают из своей же семьи только чистокровки.
-Мой сон почти сбылся. Осталось только поцеловать Лилейную Невесту, но, разумеется, не на публике, - подумал Снейп, вспомнив странный сон со стихотворным состязанием, о котором он, за написанием и правкой статьи о сравнительном вреде табака и опиума, забыл, а вот теперь, стоя посреди Большого Зала под руку с Ремом, вспомнил.
Вообще, ему показалось, что этот танец был, своего рода, "помолвкой без колец", и ему оставалось только надеяться, что ученики не поймут этого, да и откуда им знать, какой длины путь был проделан сквозь годы к этой безмолвной церемонии.
Один проделал этот путь осознанно, борясь с собственной робостью и чужой нелюбовью, основывая свои отношения на дружбе, внутри себя постоянно мечтая о большем.
Другой прошёл через испытание огнём пламенной, но быстро выгоревшей, страсти, принёсшей ему лишь боль, ещё одну боль в многострадальной жизни, но сумев выбраться из ловушки отчаяния и найти свой якорь в любви, долготерпеливой, надёжной любви, предложенной ему много лет назад и отвергнутой, но предлагаемой вновь и вновь и, наконец, принятой и разделённой.
Танцоры церемонно, как их учили наставники, раскланялись и вновь уселись на свои места, и Ремус ловил жадное всепоглощающее пламя в глазах Северуса.
-Как тебе мой сюрприз?
-Выше ожидаемого.
Скоро мы удалимся, чтобы воспеть славу этому дивному танцу, который я не исполнял больше четверти века, и не думал в последние восемь лет, что исполню его фигуры с тобой, Рем?
-Сначала посмотри вон на ту группу отдельно танцующих. Парни - это совет. В Слизерине не заведено, чтобы девушки входили в него. Они - просто прекрасные жемчужины твоего факультета. Ведь на всех дуэлях с Гриффиндорцами выступают мальчишки, начиная с третьего курса.
А, вон профессор Забини идёт сказать тебе пару ласковых.
-Профессор Снейп, коллега, - он подчеркнул это слово, - какая честь оказаться с Вами за преподавательским столом.
Я, учась на Вашем факультете, был уверен, что Вы не танцуете, но, видимо ради профессора Люпина Вы сделали исключение. Великолепно, ошеломляюще. Вы - настящая пара. Поздравляю Вас. Вы настолько помолодели, похорошели, что за Вами теперь будут увиваться все старшекурсницы Хогвартса, берегитесь. Где Вы были столько времени? На каком тропическом острове? Впрочем, вы приехали бы с него с таким же цветом лица, как у меня…
-Вы не даёте ответить ни на один из Ваших вопросов и смелых предположений, коллега, - Северус тоже подчеркнул последнее слово.
Развязность Блеза его покоробила.
-Я жил всё это время в маггловском Лондоне, публикуясь, впрочем, весьма активно в журналах по Алхимии и Зельеварению, в том числе, Экспериментальному. Но Вы, видимо, так увлеклись делами и выходками Ваших подопечных "волков", что не читаете научные журналы по, когда-то любимому Вами, Зельеварению, а жаль. Алхимия добилась многих замечательных результатов за послевоенное время.
А с профессором Люпином меня связывает многолетняя искренная дружба, начавшаяся ещё во времена существования Ордена Феникса под руководством всеми нами любимого (он сделал на "любимом" ударение) Директора Альбуса Дамблдора, умершего, как известно, по его просьбе от моей руки. Что ж, шпиону не привыкать, одной Авадой меньше, больше, всё равно, когда руки по локоть в крови во имя светлого будущего, которое, всё-таки, наступило.
А Ваши подопечные всё также воюют с моими теперь уже "детьми", профессор Забини, как и во времена Вашего обучения? Почему Вы терпите это безобразие?! - перешёл на высокие тона Снейп.
-Северус, не сейчас, - услышав голос Снейпа, произнесла Директриса, - у детей праздник, так давайте и мы попразднуем без ссор, уважаемый профессор Снейп.
-Хорошо, госпожа Директриса, но дайте Вашим танцорам право покинуть сию залу.
-Если Вы не хотите посмотреть на свой факультет, Вы свободны, профессор Снейп.
-Не люблю смотреть на белоснежных павлинов, госпожа Директриса, ещё со времён процветания Малфой-Мэнора, да будет Вам известно, - колко отзвался Северус, гневно сверкнув глазами на Забини, который был, в некоторой степени, ошеломлён "наступлением" новоприбывшего профессора, чей язвительный тон полностью утихомирил его.
-Пошли, Ремус.
-Я тоже покину Вас, Минерва, с Вашего позволения, - Рем поцеловал ручку Директрисе и встал.
Северус, поняв, что в Хогвартсе новые правила вежества, тоже приложился к ручке:
-Моё глубочайшее почтение. Извините за инцидент. К сожалению, вынужден отметить, что он будет исчерпан полностью не ранее, чем к концу следующего семестра. Очевидно, ситуация чрезвычайно запущена.
Минерва милостивым кивком подтвердила то ли поцелуй руки, то ли сказанное после него, но так или иначе соблаговолила отпустить Рема и Севера.
В аппартаментах Люпина было скромно, но уютно. Было видно, что Рем уделяет этому своему пристанищу больше времени, чем полузапущенному дому с большим, ненужным теперь подвалом. В доме Ремуса Северус бывал пару раз, когда Рем заболевал и присылал сову с просьбой о помощи. Домового эльфа у Люпина не было, как не было и в Хогвартсе личного эльфа. Ремус, без различия, хорошо относился к этим существам, и у него не было предпочтения среди сонмища школьных эльфов.
-Ну, а теперь… - только и успел произнести Люпин, как Северус повалил его на постель и начал неистово ласкать. Когда пыл профессора несколько поиссяк, Снейп спросил:
-Почему ты столько лет молчал, что твой род ведёт происхождение от друидов до-Артуровского времени?
-Но ты же не хвастался, что твоя семья ведёт происхождение от сосланного на Альбион римского патриция Снепиуса Малефиция.
-У него слишком "говорящее" второе имя, вот и не хвастался, что в моём роду все браки были несчастливы, и это проклятие передалось и мне. Так что берегись танцевать со мною менуэты. Однако, это было здорово! Мы всю Школу на уши поставили!
Давай пить, что там у тебя припасено. А потом я расскажу тебе, как и обещал , свой сон. Он, поверь, достоин пересказа - тебе понравится.
А твой рождественский сюрприз будет того же рода, что и сегодняшний? Только учти, что Рождество мы встречаем, как магглы - в маггловском доме и маггловском Лондоне.
-Нет, тот сюрприз будет иным, я уже говорил тебе. Ведь Рождественская ночь приходится на полнолуние…

0

81

То есть, уже можно высказаться?
Скажу сразу, ждала несколько иного завершения, более подробного, что ли. Я не очень люблю произведения, авторы которых оставляют конец практически открытым, бесит это меня, если честно. Умом-то понимаю, что теперь у персонажей все будет хорошо, но уж очень хочется знать, как именно хорошо.
Гарри жалко. И в общем-то совершенно непонятно, зачем было его убивать. Если это урок, вроде как даже самые лучшие из нас имеют пороки, которые их погубят, то урок не прошел. Ибо из того, что прочла в этом фанфе я видно, что виноват в смерти Поттера только Северус. Он своей неуверенностью, излишней требовательностью и желанием во всем следовать указаниям традиции Поттера и сгубил. В общем-то из-за этого-то и было понятно сразу, что Гарри он не любит так, как Поттеру хотелось. Если бы любил, пошел бы на уступки. Ну да ладно... всем этим я пыталась сказать, что смысла в смерти Поттера не вижу.
И уж больно часто Ваши герои были замечены в практически неумеренном потреблении спиртных напитков :).
Что касается самой идеи фанфа, то она интересна, но очень уж затянуто получилось. Может быть, такое впечатление создалось из-за того, что пейринги, а, значит, и финал, были известны с первых глав. Поэтому при прочтении не раз и не два возникала мысль "да скорее бы уже, и так ведь все ясно". Не ясно до недавнего времени было одно: что автор сделает с Поттером, чтобы тот не мешал Северусу и Ремусу. Автор решил проблему кардинальным способом, на что, несомненно, имел полное право, ибо - АВТОР.
А да, такого ООС мне читывать еще не приходилось, но кто сказал, что это плохо?! Всегда приятно увидеть старого персонажа с новыми чертами характера, пусть даже он в значительной степени и перестает быть самим собой. Главное, чтобы, изменившись, персонаж не стал походить на пародию. Но здесь я этого не заметила. разве что Северус уж чересчур духовно возвешенным  оказался.

0

82

Samira Милая Samira, мне уже и самой сейчас кажется, что фик несколько затянут, но, поверьте, мне очень хотелось рассказать историю зарождения и умирания большой любви.
Мне самой так жалко было убивать Гарри, что после этого я три дня переживала и только о своих героях и думала, благо,что есть время.
Я даже в эти три дня печали ничего не писала... :dontcare:
Всё же не соглашусь с Вами в вопросе о любви Северуса к Гарри - Северус сам, по своей инициативе решил навсегда связать себя с Гарри Алхимической Свадьбой, смысл которой - в появлении тонкой энергетической связи между магами, свершившими обряд - тинктуры. Так что,это Гарри, к тому же обладавший неестественно низкой толерантностью к опиуму, ушёл от Северуса в придуманный опийный мир, променяв любовь на наркотик! :mad:
И вообще, главная концепция автора - "Умри молодым!", а уж если дожил до сорока двух лет, то и живи себе дальше, коптя небо, до двухсот лет. :whistle:
ООСы я старалась сделать, как можно более оригинальными, никогда не встреченными в чужих фиках, которых я прочитала море.
Вот такая Вам Nota Bene.
Спасибо огромное за то что, всё же дочитали фик до конца и предложили адрес Хогвартс.нета, мне удалось выложить туда этот фик. Смущает только категория присутствующих на форуме 12-тилетних "дефочек", которым явно будет не под силу понять мои алхимические и прочие заморочки... Но поживём - увидим.
Приглашаю Вас, милая Samira, на вторую часть поисков любви Северуса Снейпа, вот там Вы и узнаете что случилось с героями в последствии.
С сим остаюсь, Ваша
Сира СОва.

0

83

Сегодня начинается публикация сиквела к "Лилейной Невесте" - фик "Хоуп или Легенда о Женщине". Кому интересно, трепещите от нетерпения!

0


Вы здесь » Сказки Совы » Сказки Совы » Лилейная невеста.CC/ГП СС/РЛ, AU, NC-17, макси


© все форумы 7fi.ru